— Не бойся, Незабудка. Как ты уже успела заметить, насиловать — не мой конёк. Но ты права, что опасаешься. Эти руки могут сделать такое, что ты и сама мне дашь.
Обольстительно заулыбался ей, а она, демонстративно вскинув голову и руки к небу, громко взмолилась:
— О Господи, пощади мои уши… Прошу тебя! — Опустив руки и переведя на меня скептический взгляд, продолжила: — Верю, Рэнн! Верю! Я тебе верю, что ты Бог секса. Только прекрати уже хвастать своим достоинством, будто ты являешься представителем Свидетелей Иеговы и непрерывно вербуешь меня. Ну сколько можно?!
А она ведь права. Что-то я зачастил с пошлыми шуточками, которые, кстати, совершенно на неё не действуют. Ладно, буду совращать иначе.
Так ничего ей и не ответив, я с обаятельной ухмылочкой начал раздеваться, периодически поглядывая на Амайю. Она, стесняясь и не зная, куда спрятать свой девичий взгляд, стянула с себя штаны и принялась их полоскать.
Ну же, Незабудка. К чему все эти прелюдии? Сними ты уже с себя эту майку! Конечно, навряд ли ты послушаешься меня и снимешь ещё и бельё. Но, на худой конец, я готов и в белье на тебя пялиться.
Я снял с себя всю верхнюю одежду и, постирав её, начал стягивать трусы. И тут Амайя гневно завопила на меня:
— Не смей снимать с себя трусы! Нудист ты хренов!
— А в чём, собственно, проблема, Незабудка? Боишься, что не сдержишься и накинешься на меня?
Сощурив голубые очи, ехидно парировала мне:
— Боюсь получить психологическую травму, которую ни один психолог потом не вылечит. НЕ СМЕЙ!
— Я не шутил насчёт водорослей. В озеро действительно опасно заходить даже по колено, не сняв одежду.
Амайя, явно не веря моим словам, с издёвкой произнесла:
— Да ты не бойся. Если вдруг водоросли тебя утащат, приедет Дед Мороз на своих санях и спасёт тебя. А что? Одно мифическое существо спасёт от другого… — Немного посмеявшись, она уже более серьёзно поинтересовалась у меня: — Я тебе, что, человек? Это только глупые люди способны верить в подобную ахинею типа Зубной Феи, пенсионного фонда, выборности власти и прочих несуществующих вещей. И вообще, отвернись! Не пялься на меня, не то глаза тебе выколю.
Не верит. Она мне не верит. Ну и хрен с ней. Главное, чтобы сама глубоко не заходила. А я… я быстренько искупнусь и обратно. С этими мыслями я, так и не сняв с себя трусы — ведь только чёрт ведает, на что способна эта женщина, — с головой нырнул в кристально-чистую воду озера и отплыл от берега поближе к водопаду. Так как только под водопадом вода освежающе прохладная, вода, которая бодрит, возвращая силы.
И только было я собрался плыть обратно как — ВОДОРОСЛИ. Сука-а-а… Они мёртвой хваткой вцепились своими отростками в мои трусы, при этом стянув их настолько, что я не смог из них выбраться. И потащили на дно. Ахуенчик! Какого хрена я не взял с собой кинжал? Знал же про опасность. Ага, кто бы мне его дал? Амайя всего лишь руки мне развязывала, глядя на меня, как на преступника-рецидивиста. Дала бы она мне нож…
(Future Heroes — Into The Darkness)
И что, блять, мне теперь делать? Я неумолимо погружаюсь на дно, а воздуха в лёгких хватит от силы на минуту. Немного запаниковав — да, демоны тоже паникуют, — я всё же взял себя в руки и принялся отчаянно снимать с себя трусы. Сука-а-а! Не получается! Ксантофиты слишком сильно стянули их на мне. И какого чёрта пух чертополоха такой крепкий?! Словно бронированный! Бесполезно брыкаясь и безуспешно пытаясь найти выход из ситуации, я ударился спиной о дно. Ахуеть! Приплыли!
Но, как оказалось, ещё не до конца. Удерживая меня на дне без кислорода, беспощадные водоросли не остановились на достигнутом. Теперь они пытались утащить меня в песок. Воздух в моих лёгких был на исходе, и в голове промелькнула мысль: я сейчас реально могу утонуть. Нет, я, конечно, не умру, если кто-нибудь вовремя достанет меня из воды и откачает — хвала моей регенерации. Но кто, блять, меня спасёт, у чёрта на куличиках ценой риска для собственной жизни? Верно, Рэнн. Никто.
С прискорбием подумав о бессмысленности собственной жизни, в которой я никому нахрен не сдался, меня вдруг переклинило, и я понял… понял, что нихуя! Я, блять, из принципа не сдохну! Не на того напали! Я с ещё большей яростью принялся стягивать с себя трусы. С невообразимой болью в лёгких из моего рта вырвались последние пузыри воздуха. А ткань, сука, ни в какую не поддаётся. И нахрена я вообще послушал женщину? Продолжая безуспешно рвать на себе трусы, я заметил плывущую ко мне Амайю. Нет! Нет! Нет! Блядство! Ты что творишь, дура?! Совсем обезумела?