Оставшийся вечер мы болтали и смеялись, мама Макса и Саши мне дружелюбно улыбалась, а отец задавал вопросы, после ответа которых его взгляд теплел. Когда мы собрались с Максом уезжать, мама стала уговаривать остаться у них, ей хотелось продолжить общение и насладиться временем проведённым с сыновьями. Саша и Макс редко стали к ней заезжать, от чего она очень по ним скучает. Максим предложил остаться, на что я кивнула, а Елена Владимировна обняла. После сегодняшнего ужина, я вспомнила из детства Николая Юрьевича, Елену Владимировну и даже маленького Макса. Он был скромным светловолосым мальчишкой, во дворе никогда ни с кем не играл и был в стороне от других детишек. Наверное поэтому я и не узнала теперешнего, общительного и уверенного в себе Макса. А вот меня никто не узнал из семьи Романовых, но это даже к лучшему.
Я помогла Елене Владимировне убрать со стола. После чего она привела меня в свою спальню и вручила свою тунику.
- Ты выше меня конечно, но думаю и так сойдет. – я с благодарностью посмотрела на женщину, - потом принесешь свои вещи.
- Свои вещи? – моя брови поползли наверх.
- Конечно милая, я надеюсь, что вы часто будете у нас оставаться, - обняла меня Елена Владимировна, - всё переодевайся, мы ждем тебя.
Натянула тунику Елены Владимировны, она кое-как прикрыла мою попу. М-да, но других вариантов нет. Вышла из комнаты и попала в кольцо рук Макса, он поцеловал меня и потянул в гостиную, где собралась вся семья.
Мы смотрели исторический фильм про войну, как я узнала ранее Николай Юрьевич обожает историю и пытается привить любовь к ней всем. Макс обнимал меня, а я уложила голову ему на грудь и наблюдала за происходящем фильма. Ко мне снова улеглась на колени Снежка и я ее гладила, наслаждаясь ее мурчанием. Я почувствовала взгляд и подняла глаза, наткнувшись на темные глаза Саши, он намекнул, чтобы я вышла в коридор. Что ему от меня нужно? Максим задремал и я тихо проскочив, вошла в коридор. Затем зашел Саша и прижал меня к стене.
- Похорошела. – на меня смотрели чёрные глаза дьявола. – Скажи, ты скучала по мне?
Я пыталась вырваться, но сильный мужчина держал меня крепко.
- Отпустите меня! – прошипела я.
- Мне кажется мы перешли на ты? Когда мы провели всю ночь вместе, а потом целовались у тебя дома. Помнишь?
- Прекрати! – выкрикнула я.
Саша опустил руку на мое оголенное бедро и провёл до талии. Моё дыхание участилось, в горле пересохло, я облизала губы, на что глаза Саши стали ещё чернее. Я сглотнула.
- Почему мы тогда с тобой не переспали? – спросил Саша. – Если бы я был настойчивее, ты бы застонала подо мной?
- Нет! Отпусти меня! Я девушка твоего брата! – прохрипела я.
Саша стал гладить мой живот и его лицо приблизилось к моему, так что я стала чувствовать его мятное дыхание. В моей голове уже не было связных мыслей, я просто растворялась в глазах этого мужчины.
- Ненадолго, - прошептал мне на ухо дьявол.
С этими словами он отпустил меня, так что я чуть не упала на ослабевших ногах. Отойдя от дурмана и не посмотрев на мужчину, вошла в гостиную. Почему Макс на меня так не действует? С Сашей мой мозг отключился за секунду...
***
Александр
Посмотрел вслед девушке и задумался. Как только она вошла сегодня в гостиную, меня будто прострелило. Я весь вечер смотрел только на нее! Черт, я скучал по ней, по ее голосу, по ее жестам, по ее изумрудным глазам… Готов был убить собственного брата, когда он касался Ксюши, когда они зашли потрёпанные, когда переглядывались между собой, когда обнимались за просмотром фильма. Да, что со мной? Я видел как отец пристально наблюдал за моими реакциями на Ксюшу, уверен, что он сделал вывод про мое отношение к девушке.
В коридор вошёл Макс и удивленно уставился на меня.
- Ты чего тут стоишь?
- Да так, думаю.
- Ясно. – брат нахмурился, - Сань, я не могу потерять ее…
- Ты сам виноват, - пожал плечами, - как ты вообще умудрился изменить ей?
Посмотрел на сидящую Ксюшу на диване, оголенные ножки так притягивают взгляд. Вот бы сейчас пристроится между ними. Встряхнул головой. Наваждение какое-то!
- Сам не понимаю, - брат поморщился, видимо вспоминая о своей измене, - Ксюша сказала, что хочет меня.