"Снится что-то..."— с нежностью подумал мужчина, сгорая от желания поцеловать любимые губы. Усилием воли заставив себя отвести взгляд от Паулины, мужчина осторожно переложил завозившуюся жену на кровать, бесшумно встал с постели и, быстро одевшись, спустился вниз.
— Лолита!
— Доброе утро, сеньор,— немилосердно зевающая горничная прикрыла рот ладошкой — простите... не думала, что вы проснетесь так рано. Сейчас накрою на стол.
— Не надо,— улыбнулся Карлос-Даниэль — завари пожалуйста любимый чай моей жены и поставь поднос в спальне. А ты не знаешь, дон Панчито уже в саду?
— Да, сеньор, пришел буквально полчаса назад, — кивнула горничная и, с трудом подавив очередной зевок, прощебетала:
— С вашего позволения.
Карлос- Даниэль спустился в сад, где уже вовсю трудился пожилой садовник, одетый в бессменную клетчатую рубашку с закатанными до локтя рукавами и джинсовый комбенизон.
--Доброе утро, Панчито, — улыбнулся Карлос-Даниэль, похлопав садовника по плечу — как дела?
— Как всегда отлично, хозяин! — бодро отрапортовал тот и, отложив в сторону секатор, выжидательно посмотрел на смутившегося, как мальчишка, Карлоса-Даниэля.
— Панчито, ты не мог бы мне помочь составить букет из самых красивых роз? —пробормотал тот.
— Конечно, сеньор, — улыбнулся садовник и, лукаво сощурившись, глубокомысленно изрек:
— Но поверьте старику, в целом мире не найти такой розы, красота которой сравнилась бы с красотой любимой женщины.
— Знаю, дон Панчито,— губы Карлоса-Даниэля озарила абсолютно мальчишеская улыбка — но ведь попробовать-то можно!
Несколько минут спустя Карлос-Даниэль вошел в их с супругой спальню с букетом из пяти нежно-розовых роз и ошарашенно замер на пороге, пригвожденный яростным взглядом метавшейся по комнате Паулины.
— Любимая, в чем де... — мужчина осекся, увидев на кровати огромное мокрое пятно.
— Это я у тебя спросить хотела, Карлос-Даниэль! — рыкнула женщина и повернулась спиной, заставив мужчину изумленно округлить глаза, ибо на розовом халатике чуть ниже поясницы тоже красовалось мокрое пятно.
— Так ты... — начал было он и вновь осекся, увидев валяющуюся на кровати чашку из белого фарфора, после чего, давясь смехом, произнес:
— Кажется, я догадываюсь...Лолита!
Черноволосая красвица влетела в комнату так быстро, словно ждала за дверью:
— Да, сеньор?
— Лолита, скажи мне пожалуйста, куда ты поставила чай? — спросил мужчина, грозно нахмурив брови, хотя в глубине карих глаз плескались смешинки.
— На кровать, как вы и велели, — пролепетала девушка.
— Я велел?! — поразился хозяин, уже не в силах скрыть разбирающий его смех.
— Ну да, — пожала плечами горничная — вы же сами сказали: "принеси любимый чай супруги в комнату и поставь под нос"...ой!
Понявшая свою ошибку девушка сжалась в комок, посмотрев на хозяев взглядом побитой собаки, однако те, осознав всю комичность ситуации, лишь хохотали, согнувшись пополам и, похоже, даже не думали ругать неродивую служанку.
— Лолита, смени постельное белье, — вытирая выступившие на глазах от смеха слезы, попросила Паулина. — и пожалуйста, больше не ставь ничего мне под нос.
— Да, сеньора, — пискнула брюнетка и стремительно вымелась из комнаты — с вашего позволения.
— Под нос...— простонал по-прежнему сотрясающийся от хохота Карлос-Даниэль, когда за горничной закрылась дверь — Что за девчонка!
Паулина хихикнула и, весело подмигнув мужу, юркнула в ванную.
Когда спустя несколько минут женщина вышла из ванной в белом махровом халате, Карлос-Даниэль протянул ей букет и бережно поцеловал в залившуюся румянцем щеку:
— Могу ли я пригласить прекраснейшую из женщин мира на прогулку длиною в день?
— Но как же фабрика? — встревожилась Паулина, хотя глаза у нее невольно загорелись.
— За один день без нас фабрика не рухнет,— резонно заметил мужчина и печально вздохнул:
— а мы так давно не проводили время вдвоем.
— Уговорил! — лучезарно улыбнулась Паулина, обняв мужа за шею.
***
Спустившись в гостиную, смотревшие друг на друга влюбленными глазами супруги не сразу заметили сидевшую на диване с журналом в руках Паолу.
— Доброе утро, — чуть саркастично сказала женщина, глядя на влюбленных.
— Доброе утро, Паола, — опомнившись, добродушно сказал Карлос-Даниэль, не в силах отвести взгляд от супруги.
— Доброе, сестренка, — поспешно бросила Паулина, и в этой поспешности ощущалось некое подобие смущения.
Паола выжидательно и чуть обиженно глянула на сестру исподлобья, в результате чего Паулина стушевалась и, скользнув сконфуженным взглядом по переставшему понимать что-либо мужу, со вздохом высвободилась из его объятий, подойдя к близняшке.
То, что произошло дальше, повергло мужчину в некое подобие шока: нечасто увидишь двух взрослых и красивых женщин, играющих в ладушки. Хлопки ладони о ладонь были настолько быстрыми, что у Карлоса-Даниэля в какой-то момент зарябило в глазах, однако при этом ни одна из сестер не путалась в последовательности действий, то горизонтально подставляя обе повернутых к близняшке ладони для хлопка, то тут же меняя их положение на вертикальное и выставляя уже одну ладонь.
Закончив, сестры одновременно чмокнули друг друга в щеку и, отзеркалив улыбки, в голос сказали:
"Удачного дня, сестренка!"
— Ну и... что это было? — потрясенно спросил Карлос-Даниэль, все еще не в силах прийти в себя после сего завораживающего действа.
— Наш обычный утренний ритуал, — со смехом сказала смущенная Паулина и вновь впорхнула в объятия супруга.
"Каждая женщина — загадка природы, а если этих женщин двое и они понимают друг друга без слов — это уже ребус. И разгадать его мужчине не дано" — хмыкнул про себя брюнет и, обронив, "не ждите нас к ужину", направился к выходу, обнимая жену за талию.