Услышав, как хлопнула дверь, Родриго, измученный бумажной волокитой, поднял глаза от документов, и лицо его озарила широкая улыбка.
— Паулина! Я тебя тут уже невесть сколько жду!
— Но я... — Паола замешкалась, изрядно удивленная тем, что ее спутали с близняшкой.
— Да знаю я, что пробки жуткие, не объясняйся! — махнул рукой Родриго и, встав с места, подошел к Паоле, взяв ее за руку:
— Пошли!
— Куда? — настороженно уточнила Паола, надеясь, что услышав голос, который был ниже и глубже, чем у сестры, свояк поймет свою ошибку.
— Идем-идем, — улыбнулся Родриго и чуть ли не силком поволок ее в цех.
"Совсем заработался, бедолага — сочувственно подумала сеньора Мальдонадо — ни голос, ни красное платье и яркий макияж его не насторожили. Хотя чему я удивляюсь? Мужчины вообще редко замечают подобные мелочи".
Паола хмыкнула, решив подыграть. В конце-концов ей было просто интересно, что там такого важного хотел показать Родриго, ради чего стоило тащиться через все здание в цех по изготовлению посуды.
Родриго тем временем подвел женщину к конвейеру и, взяв с ленты белую фарфоровую тарелку, спросил, перекрикивая шум:
— Ты придумала?
Паола напряглась, ощущая неприятный холодок между лопаток.
"Паулина мне ничего не говорила. Да и зачем? Я же никогда не интересовалась делами Брачо!"
Глаза у Паолы забегали по сторонам.
— Все в порядке? — Родриго тревожно посмотрел на свою спутницу.
— Да, но... — Паола осеклась, опустив глаза, будто школьница в кабинете директора, и виновато произнесла:
— Я совсем забыла, ЧТО должна была придумать... совсем из головы вылетело.
— Рисунок для этих тарелок, — терпеливо пояснил Родриго, сунув под нос Паоле вышеозначенное фарфоровое изделие.
— Ах, да, рисунок... — Паола смущенно коснулась лба, словно только что вспомнила — ну, конечно!
Женщина отобрала у Родриго тарелку и, повертев ее в руках, мечтательно улыбнулась, авторитетно заявив:
— Здесь нужны большие красные маки!
Брови Родриго изумленно поползли вверх.
— Красные маки? — переспросил он, делая ударение на каждом слове.
— Ну да, — Паола пожала плечами, словно рассказывала прописные истины, и с жаром зачастила:
— Красные маки — это страсть, яркость и красота, слитые воедино! Это...
Она осеклась и, поняв по вытянувшемуся от такой отповеди лицу собеседника, что малость переборщила с экспрессией, закончила, невинно хлопая ресницами:
— ... пробуждает аппетит.
Родриго энергично потряс головой, будто пытался отмахнуться от этого нагромождения слов, как от назойливой мухи.
— Будь добра, найди пожалуйста Леандро, надо обсудить эту идею с ним, — растерянно проговорил он. — а после жду тебя в своем кабинете.
Паола, которая была рада любой возможности сбежать из шумного цеха, бодро кивнула, и, всучив пресловутую тарелку Родриго, едва ли не бегом ринулась к выходу, боясь, как бы ее не окликнули.
Старший брат Карлоса-Даниэля задумчиво уставился на тарелку.
"Красные маки... надо же — хмыкнул он про себя. — это совсем не похоже на Паулину".
Поразмыслив, мужчина все же пришел к выводу, что идея действительно стоящая. Почему-то он был уверен, что Леандро — молодому и прогрессивному управляющему фабрики — эта задумка тоже придется по вкусу.
Родриго машинально обернулся, желая проверить не пришел ли Леандро, и едва сумел справиться с внезапно отвисшей челюстью при виде Паулины, которая теперь была одета в простой белый сарафан.
— А где Леандро? — выдавил из себя мужчина, пристально вглядываясь в ее миловидное кукольное лицо без капли макияжа.
— Не знаю, — пожала плечами собеседница — я его сегодня еще не видела.
Родриго, у которого внезапно заломило виски, поморщился и махнул рукой.
— Ты знаешь, мне кажется, что твоя идея с красными маками весьма занятна, — кивнув на тарелку, выпалил он, чтобы сменить тему.
— Красные маки? — изумилась Паулина, взглянув на Родриго, как на душевнобольного — но я же хотела предложить белые розы. Очень мило и нежно.
— Белые р-розы? - прозаикался он — но ты же только что...
Договорить мужчина не успел: в кармане пиджака требовательно запиликал телефон.
— Подожди меня в кабинете, сейчас приду, и мы все еще раз обсудим, — явно радуясь неожиданному перерыву, выдохнул Родриго и поднес трубку к уху.
***
Паола неспеша прошлась по кабинету с наслаждением вслушиваясь в тишину, нарушаемую лишь чуть слышным гудением тусклых светодиодных ламп, со скучающим видом взглянула в окно, выходившее на парковку, и, плюхнувшись в
кожаное кресло на колесиках, откинулась на спинку, вольготно закинув руки за голову.
"Хорошо быть боссом! — мечтательно зажмурилась женщина — сидишь вот в таком кресле, пьешь капучино, орешь на нерадивых подчиненных, раздаешь приказы направо и налево и изредка подписываешь какие-нибудь бумаги. Красота!"
Паола так замечталась, что не сразу поняла, что ее окликают. А поняв, вскочила с места так резко, что кресло отъехало назад и с глухим стуком врезалось в стену.
— Дорогая сестренка... — смущенно улыбнулась женщина, и, подойдя к Паулине, чмокнула ее в щеку. — Наконец-то ты пришла!
--Что-то случилось? — встревожилась Паулина, явно не ожидавшая застать сестру на фабрике — дома неприятности?
— Ай, ну почему сразу неприятности? Почему обязательно что-то должно случиться? — раздосадованно воскликнула Паола и добавила с легкой обидой в голосе:
— Я что, не имею права просто проведать любимую сестричку? Или ты мне не рада?
Паулине внезапно стало стыдно. Сестра решила сделать ей сюрприз и приехала на фабрику, рискуя встретиться с Родриго, который ее совсем не жалует, а вместо ожидаемой реакции получила тонну вопросов.
— Рада, конечно рада, милая! — с жаром проговорила Паулина, усаживая гостью на небольшой покрытый оранжевым пледом диванчик, стоявший в углу кабинета, и присаживаясь рядом — Будешь чай? Кофе?
— Не суетись, —усмехнулась Паола и ленивым, исполненным грации движением достала из висевшей на плече сумочки небольшой футлярчик красного бархата:
— Открой.
Паулина открыла коробочку и с трепетом извлекла оттуда золотой браслет с подвеской- медальоном.
"Эстефания"? — изумленно спросила она, разглядывая гравировку.
— Упс, — Паола смущенно хихикнула и, забрав из рук сестры браслет, достала из сумки еще один футляр, на сей раз синий. — продавец перепутала коробочки, я просила положить твой браслет в красную.
— Когда ты успела сделать браслет? — недоумевала Паулина, — мы же только вчера обо всем узнали.
— Знаешь, деньги обладают потрясающим свойством увеличивать работоспособность, — весело откликнулась Паола и, убрав красный футляр обратно в сумочку, застегнула именной браслет на запястье сестры.
Паулина вытянула руку вперед и, полюбовавшись сверкающим браслетом, выдохнула:
— Он такой красивый!
— А главное — безопасный, — хмыкнула Паола и обняла смутившуюся сестру: