Двухэтажный усадебный дом Кочетовых был старым, но вполне крепким. Он выделялся ярким белым пятном на фоне густой зелени сада. Капа заметила, что после зимы кое-где с фасада осыпалась штукатурка, требовали ремонта и деревянные ступени крыльца. Деньги, деньги, деньги … Везде нужны были деньги. Бабушка давеча завела разговор о продаже соседям дальнего выгона. Скотный двор Кочетовых был нынче почти пуст. Осталось четыре коровы, молоденькая тёлочка да четыре свиньи. Кочетовы практически не пользовались дальним лугом, простиравшимся до границы с соседским поместьем. Но крестьяне ближних деревень издавна пасли там скот и заготавливали сено на зиму, наполняя за это и сеновалы в Бродниках. Как эти люди станут жить, если луг продать?
- Продадим, Капа. Деньги надобны. Тратить сразу не станем. В банк положим. Соседи хорошую сумму посулили.
- Как знаете, бабушка. Но жалко! Наша ведь земля.
- Девочка моя, потерявши голову по волосам уж не плачут. Тебе же выучиться надобно, да и замуж … - бабушка задумчиво поглядела на Капитолину. – Хозяин поместью нужен, мужская рука.
- Нужен, бабулечка, кто же спорит? Только вот бесприданница никому не нужна.
- Это да, куда уж без приданного … Потому и не отдаю поместье в заклад. Кручусь, чтобы хоть что-то у тебя было.
***
Проходя мимо коновязи, Капитолина увидела чужую лошадь. Девушка прибавила шагу. Интересно, кто это пожаловал в гости?
В гостиной бабушка беседовала с соседкой, Турчаниновой.
- Моё почтение, Ариадна Ивановна! – сделала книксен Капитолина.
- Добрый вечер, Капа. Я нынче у Протасовых была, узнала от Елизаветы Михайловны о твоём возвращении. И очень рада, что ты снова дома.
- Да, вот, решила приехать. В конце июля поеду учиться, - опустила глаза Капа, которой сделалось неуютно под проницательным взглядом любопытной соседки.
- Хорошо, что не передумала. Надо быть сильной, надо идти к своей цели, преодолевая все преграды. О бабушке не волнуйся, я буду наведываться к ней. Расскажи мне, как тебе понравилось в столице. Ты где жила? На какой улице?
Капа отвечала на вопросы Турчаниновой сначала односложно, неохотно, но Ариадна расспрашивала так ненавязчиво и умело, что Капа и сама не заметила, как рассказала ей всё. И даже то, о чём говорить не следовало. Ариадна Ивановна была дамой любопытной и излишне общительной, поддерживавшей добрососедские отношения с дюжиной ближайших соседей. Капе вовсе не хотелось, чтобы история с её неудачной поездкой в столицу стала предметом местных сплетен. Оставалось надеяться только на порядочность Ариадны. Невесть отчего Капа питала расположение к этой немолодой незамужней женщине. Должно быть, как раз из-за неустроенной личной жизни соседки, которая всегда была добра и внимательна к сироте.
Подали чай. Турчанинова с воодушевлением рассказывала соседкам последние новости соседей.
- Намедни заезжала к Уваровым. Пристроила я, Марфа Лаврентьевна, последнего вашего котёнка. Того, у которого мордочка наполовину белая, наполовину серая. Думала уж себе оставить. Розали Уварова заезжала как-то ко мне со своими ребятишками. Саше и Наташе кошечка приглянулась, они славно с нею играли. Решила отвезти. Марья Ивановна сначала ворчала на меня. Но у неё ведь добрая душа, вы знаете. Согласилась, когда кошечка к ней на колени запрыгнула и ластиться стала.
- Благодарю вас, Адочка! Я уж Капушке говорила, что без вашей помощи совсем бы тут зимой пропала. Одичать мне не даёте. Есть, с кем словом перекинуться. Вы да Марья Ивановна с Надеждой Ивановной. Уварова-то с семьёй сына живёт. Хорошо! А Лошакова ведь тоже одна, как и я. Кирилл Алексеевич с женой в уезде, дети разлетелись, кто куда. Хорошо, что Уваровы рядом. Навещают её. И Протасовы наведываются.
- Капушка, попеняй Лошакову, коль увидишь в столице, что бабушку совсем забыл. Хоть письмо бы прислал.
- Обязательно. Только не забыл он, просто занят на службе сильно. Интересно, поймала полиция тех преступников, что багаж у пассажиров воровали? Надо будет написать ему. Он же мне адрес свой дал.
- Напрасно, милая, надеешься, что вещи вернут. Забудь, - вздохнула бабушка.