Чаша с прозрачной водой стояла на прикроватном столике, и Дагмар погружает туда руки, лихорадочным движениями пытаясь оттереть кровавые разводы. Но результат выходит прямо противоположным, и вся емкость наполняется густой алой жидкостью, едва ли она успевает выдернуть свои руки оттуда. Вязкие капли падают с кончиков пальцев на пол с глухим стуком, оставляя на ковре темные блестящие пятна.
– Я знаю, что ты сможешь остановить Пребена, – реальность искажалась. Широкая кровать с тяжелым балдахином сменилась на более аскетичную, но тоже знакомую, застеленную белым, кристально чистым постельным бельем. Внезапно возникший в комнате пожилой мужчина посмотрел на нее сочувственно и мягко взял ее руку в свою. На его светлой коже отпечатываются следы, оставленные ее прикосновением, стекают вниз по запястьям и падают, расцветая на простынях яркими пятнами. – Я верю тебе. Ты единственная, кто может вернуть нашу семью. Вновь… сплотить ее.
Это то, что он сказал ей тогда. Но что Дагмар сделала? Извратила те последние слова, что услышала от него. Она все разрушила.
Отец не должен оказаться запятнан той грязью, что Дагмар создала. Никто в этой семье не должен быть заклеймен, кроме нее самой. Вырвать свои ладони из его хватки, отойти назад под все тем же взглядом добрых почти выцветших глаз, оступиться и вновь оказаться в бесконечно повторяющейся петле.
– Я верю тебе.
– Дагмар? – Пребен вновь смотрел на нее теми же глазами, а в рукаве опашницы холодный металл, прижимающийся к коже запястья.
– Дагмар? – она закрывает лицо ладонями, что уже были окрашены в красный и пытается сдержать слезы. Чего от нее хотят? Что она должна сделать? Клинок вновь проникает в плоть ровно между ребрами, острием утыкаясь в доверенное ей сердце.
Хозяин стоял на краю леса, издалека рассматривая селение Прошены. Эта отвратительная река и неуместные крыши зданий, похожих на дворец. Он скривился. Божки всегда старались получить лучшее, что было у людей, и особенно сильно в этом преуспела именно она. Прошена жадная и жестокая, но легкомысленная - так он считал. Если бы не оберег, давно бы с ней расправился, еще когда новые последователи ее принялись вырубать лес и строить избы на его территориях. Но он смолчал, и боги сказали - в этом нет ничего страшного. Силы росли, как и аппетиты, и ничего хорошего не происходило. Ему приказали присматривать за ней, потом - поговорить, но божок и слушать не хотела, что за чушь мелет какой-то лесной отшельник. А после стало слишком поздно. Силы ее укрепились, и подойти к селению стало просто невозможно.
– Вам повезло, что Дагмар все-таки ослабила оберег, – обратился он к мальчишкам, что стояли позади него и терпеливо ждали приказаний. – Когда доберемся до поместья Прошены, на капище в пруду разобьете вещь, из-за вмешательства морока быть не должно. – Хозяин присел, находясь на уровне их глаз, и вытащил из кармана металлический круг с выбитым в нем узором. – Воспользуйтесь, когда нырнете в воду. Просто сожмите в ладони. Поняли?
Дети закивали, и Хозяин выпрямился во весь рост, глядя в сторону поселка.
– Идем.
Юношу с копьем наперевес караульные встретили не особенно дружелюбно, и сразу же бросились в бой. Не было надобности сейчас прятаться за мороком, потому как он хотел поднять переполох в селении и отвлечь внимание Прошены от Дагмар, если последняя еще была жива. Он знал, что это наверняка получится, местные видели его еще тогда, поселок только зародился. Несмотря на то, что боги запретили вредить молодому божку, про жителей уговора не было. С две дюжины изб оказались разрушены в мгновение ока его собственными руками. Это была демонстрация силы и явная угроза, он не потерпит разрушение леса, что принадлежал ему. Хозяин напугал их тогда, и сейчас, гордо шествуя по улицам деревни, он ловил лишь шепотки и боязливые взгляды. Они не нападут и не помешают ему, в этом не следует сомневаться. Максимум - предупредят Прошену о его приходе, но как раз этого он и хотел. Ворота у капища и вход в основной двор никто не охранял. Видно, хваленая стража услышала о приходе вздорного и не в меру опасного Хозяина леса и решила покинуть усадьбу божка, либо же поспешили к своей госпоже и сейчас с мечами наперевес охраняли ее. Второй вариант крайне маловероятен, если судить по докладам навьих, вряд ли жители построенного Прошеной селения встанут на ее защиту. Божок никогда не думала наперед, ей не было ведомо о преданности и любви. Быть с богиней рек и озер выгодно, удобно с какой-то стороны, но с другой твари с рек часто тащили скотину, выращивать что-либо в этих местах просто невозможно, постоянный запах ила и затхлости царили в этом месте. Селяне жили торговлей тех вещей, что с барского плеча дарила им Прошена, с каждым годом становилось все сложнее. Хозяин вовремя пришел сюда. Наглухо закрытые ворота оказались открыты универсальным ключом - копьём, подаренным богами. Трудностей со входом не возникло. Указав близнецам на пруд у высокой деревянной фигуры, он сказал, что даёт им пять минут на то, чтобы разбить оберег, и сам скрылся за резными дверьми.