Остальные из группы Станко поравнялись с ним, но ничего не предпринимали, даже убрали мечи, искоса поглядывая на командира. Может, не все они одобряли действий старика, но и не перечили.
– Я не понимаю, – покачала головой Дагмар.
Станко вздохнул, присел на корточки и по земле подтолкнул к ней ножны с мечом внутри.
– Венсо пусть и считает, что вас нужно вернуть и публично казнить, но я так не думаю, – начал он. – Вы моя дорогая ученица, княжна. Я знаю вас лучше кого бы то ни было, и то что о вас говорят - клевета. Я не буду забирать вас.
Дагмар грустно улыбнулась, поднимая с земли привычный руке меч.
– Все что я сделала - правда, – потухшим голосом произнесла она, стараясь унять дрожь в руках. Пусть она больше не сожалела об этом, приняв свое решение, но тоска по брату никуда не ушла. – Я убила Пребена, и я же была с ним в союзе, планируя распространить веру саярийцев в княжестве. Так что не бодайся с советником, Станко, я не хочу, чтобы из-за твоей доброты ко мне у тебя появились проблемы.
– Ты совсем еще дитя, – он покачал головой и подошел на два шага вперед. Дагмар не отреагировала на это. – Ты упустила пару вещей в своем признании - ты распространяла слухи во дворце среди прислуги, а также подбросила письмо от Саярийского генерала в кабинет Венсо. И это ведь не все, княжна?
Вздрогнув, она большими блестящими глазами посмотрела на учителя. Откуда ему это было известно? Дагмар была уверена, что делала все предельно осторожно. Иначе это могли заметить не только обитатели кремля, но и те, кто изредка прокрадывался в стены их дома, наблюдая за происходящим.
– Княжна никогда не хотела плохого для Беловодья, так ведь? И Княжич заслужил то, что получил, перед смертью князь рассказал мне обо всем. Он хоть и не ожидал, что вы остановите его именно так, но другого выбора ведь не было? – Его слова звучали уверенно, но в то же время Станко будто бы хотел, чтобы Дагмар подтвердила отсутствие каких-либо других вариантов.
Отчасти он говорил правду. Сколько бы сестра не говорила с Пребеном, тот упорно стоял на своем, ослепленный и оглушенный маячащей на горизонте властью. Риторика Дагмар с “Саярий планирует установить контроль через церкви в Беловодье” изменилась на “Я помогу получить помощь Саярия, и не допущу, чтобы они считали тебя просто исполнителем”. И то, и другое было правдой лишь наполовину. Никогда Дагмар не поддерживала притязания старшего на трон, ей без разницы даже сейчас, кто из детей князя возьмет в руки скипетр. Главное, чтобы это была не она. И главное, чтобы саярийцы даже не думали плодить свои храмы на землях Беловодья. Она знала, как на их земле обращаются с инакомыслящими, с женщинами и детьми, как отрицают любые противоречащие их вере высказывания. Даже не испытывая желания управлять княжеством, Дагмар не могла допустить такого на землях ее отца. Брату было безразлично будущее Беловодья, ему нравилось думать о себе как о могущественном княжиче, который заключил сделку с грозной и богатой империей, который получил материальную и политическую поддержку от них, но при этом был достаточно умен и силен для того, чтобы остаться во главе стола. И как бы не любила его Дагмар, от правды не убежать. Он был глуп и жаден, и ничего такого не произошло бы. Поэтому Венсо отправил дружинников перехватить часть армии саярийцев на границе, не позволив им пройти дальше для поддержки Пребена. И именно поэтому сначала по крепости, а потом и по всему Беловодью расползлось множество слухов о религии, что последние несколько месяцев продвигали в народ послы. Слухи отвратительные и очерняющие, но они не были далеки от правды. Беловожцы прислушивались к шепоту, что тянулся из кремля, и плевали под ноги чужакам, пытающихся нести слово своего “бога”.
– Я говорила с Пребеном, это правда. Много раз я пыталась вразумить его, но это было бесполезно. – В итоге Дагмар, что является лицом кампании, продвигающим союз с саярийцами, убивает своего партнера - более того, собственного брата, - и сбегает. Это табуирует каждую мысль, связанную с ней и тем, что Дагмар делала. Никто больше и не подумает даже просто смотреть в сторону имперцев. – У маленького княжича все хорошо? Венсо справляется со своими обязанностями?
Станко расслабленно выдыхает и согласно кивает.
– Ваши сестры тоже помогают ему.
– Хорошо, – девушка коротко улыбается и обнажает меч. – Скажи, Станко, можешь ли ты убить меня по приказу Венсо?
Старик кивает, хмурится, глядя на девушку.
– Говорили ли тебе принести мою голову в доказательство?
– Не говорил.
Дагмар широко улыбнулась, поднося меч к своей шее.