Алексей был лучшим другом Сашки. Вместе в детский сад. Вместе в школу. Вместе балагурили и огребали проблем. Это потом, время раскидало мальчишек и встретились они уже здесь. Потому единственным, кому Лёха позвонил в момент, когда почувствовал, что что-то не так был Сашка. Это он слышал, как лучший друг умирает и ничего не смог сделать, вися на другом конце провода. Стал немым свидетелем последних мгновений его жизни. И даже отдав подонка нечисти, не чувствовал облегчения. Он испытывал лишь вину, за то что был слеп и глух раньше. Что он скажет его седым матери и отцу? Он мог поступить иначе? Кто он сейчас? А может он тоже монстр, как та дохлая девка? Терзаний за жизнь Вадима он не испытывал и это его тоже коробило и пугало до мурашек, а как жить дальше?
А что если всё, что он делал до, было лишь иллюзией правды? А что если половина висяков и вовсе не человеческих рук дело? Сколько таких существ? Может их и назвали сказкой, чтоб бояться меньше? А что если темнота леса не только темнота, а что-то ещё? Дядька Андрей сказал что нечисть и навьи не появляются просто так, это результат, людской жадности, похоти и жестокости. Суть их одна смерть. Что ему теперь делать? Стоять и смотреть, как смотрел до этого, делая вид что этого нет? Почему этого никто больше не видит? Они слепы? А он? Он тоже слеп? Или с ума сошёл? А что такое бывает? А если не сошёл? Кто он теперь? Тоже ведь убийца, как те кого он сам же ловит?
Взгляд упал на взбешенного Палыча, на Никиту, что теребил его за плечо, на дверь, которую и повесить не кому. Лёха бы повесил, он всегда всё на потом откладывал, но в последний момент успевал разобраться вообще с любыми проблемами, эта способность всегда удивляла Сашку и вызывала восторг. А он так привык полагаться на темноволосого шебутного казанову, а теперь...
- Нужно деньги на похороны собрать - Механическим голосом сказал Сашка. Подвигал компьютерной мышкой, от чего загорелся темный экран монитора, как бы показывая, что очень занят, запустил печать протокольных листов.ум старого принтера заполнял пространство, говоря что говорить сейчас глупо, будет неслышно.
Никита с Антоном Павловичем переглянулись, всё они понимали, да только легче не становились. Тут только время лечит и работу никто не отменял. Что бы не происходило, жизнь текла своим чередом и надо двигаться дальше.
- Так! Ребят! Что у вас по маньяку? Смотрю, расслабились! – Палыч пытался набрать прежний разгон, но это слабо получалось... Что он не человек, что ли? Сути это не меняет, работа должна быть сделана и как можно скорее, руководство уже ведёт разговоры о том, чтоб пригласить московских спецов, раз они сами не справляются. Намёки о не соответствии занимаемой должности, никуда не делись. Антон Павлович прекрасно понимал, вряд ли его сместят, да и кем? Но неприятный осадочек оставался.
- Ребят! – Влетел опер из соседнего отдела – Грибники ещё один труп нашли, вашего маньяка.
Сашка молча поднялся игнорируя присутствующих, стянул пиджак со спинки стула и пошёл на выход.
-И чего грибникам дома не сидится? Начало лета, какие к чёрту грибы? - Сашка со странной злостью посмотрел на принесшего весть мужчину. Прекрасно понимая какой именно труп нашли.
- С судмедэкспертами уже связывались? - Сразу уточнил Никита.
- Да, там вас только ждут. - Оттарабанил дежурный и ушёл на пост.
Никита тут же собрал бланки в свою кожаную папку и накинул ветровку.
Дядька Андрей уже сидел за рулём Белого с синими полосками уаза. Мельком глянул на Сашку и странно подмигнул своим зелёным глазом. Всю дорогу мужчины ехали молча. Они смотрели в окна, на наливающееся зеленью и цветами летом. За турбазу...
Сашка шел за операми. Он знал куда и знал, что он увидит.
Пели птицы. Шумела листва деревьев, с которой играл ветер. Красивое место, которое нарушал лежащий на поляне обнаженный труп худого темноволосого мужчины. Судмедэксперты были здесь раньше и уже собирались, укладывая свои пакетики, кисточки, пинцеты.