— Насколько я помню, Салтыков говорил, что ему удалось запустить в работу расщепитель и состыковать его с энергостанцией, а он может расщеплять хоть сто лет, лишь бы вода не заканчивалась, — привёл Антонов аргумент не в пользу местных аборигенов.
— Всё же нужно закончить осмотр этого дома, а уже затем отправляться на энергостанцию, — произнёс Антон и повернувшись, шагнул к последней, ещё не открываемой двери в этом зале.
Поняв намерение Антона Керасова, техник закрыл дверь, около которой стоял и поспешил к той же двери, к какой направился Антон и когда тот оказался около неё, резко её распахнул — за ней была лестница, ведущая на второй уровень дома.
— Наверх идём все, — произнёс Антон и первым вошёл в дверной проём.
Чтобы ступеньки лестницы сильно не скрипели, Антон шёл у их края, чего нельзя было сказать о его спутниках, так как у него за спиной раздавался изрядный скрип, заставлявший его невольно втягивать голову в плечи.
Поднявшись на второй уровень, он оказался в точно таком же большом зале, с несколькими дверьми в противоположной стене. Отличие этого зала от нижнего было в том, что лестница не пряталась за дверью и в стене напротив было три двери, а не четыре. В зале никого не было, но если можно было судить по его полу, то здесь некогда было изрядное движение, так как в слое пыли на полу просматривались следы, как такие же, овальные, как и внизу, так и явно, человеческие, разных размеров. В зале было свежо, так как одно из стёкол, одного из окон зала было выбито.
Антон направился к ближней от лестницы двери. Обогнав его, к этой же двери заторопился и техник и как только Антон оказался рядом с ней, резко её распахнул: Антон остановился и вскинув фраунгер, попятился. Подставив под дверь ногу, чтобы она не закрылась, Герасимов, тут же выставил в дверной проём и свой зард.
Посреди комнаты лежал человек, перед которым было огромное рыжее пятно, несомненно, кровавое. Одежда на человеке была разодрана, будто кто-то пытался изрезать её на полосы. Антон невольно передёрнулся и ещё крепче взявшись за оружие, покрутил головой, синхронно вращая оружием: на полу, в слое пыли отчётливо просматривались странные следы, будто оставленные не человеком — они были овальные и имели какое-то нечёткое очертание, будто нога, оставившая след, имела ворс. Да и запах в комнате был не из приятных.
Антон вышел из комнаты.
— Открывай следующую дверь, — произнёс он, повернув голову в сторону Герасимова и одновременно показывая на среднюю дверь в этом зале.
Закрыв эту дверь, техник подошёл к указанной двери и дождавшись, когда Керасов окажется сбоку от неё, резким движением открыл её: за дверью было темно, скорее всего по той причине, что в комнате не было окон.
Шагнув в дверной проём, Антон поднял руку и нащупав справа от себя с внутренней стороны стены выключатель, нажал на него: вспыхнувший свет рассеял мрак комнаты; она была пуста от людей, но была богато меблирована, по сравнению с другими комнатами. Вместо одного стола, здесь стояла т-образная связка столов, а на центральном столе даже стояли какие-то предметы.
— Никого! — произнёс Антон, выключая свет и выходя и дверного проёма. — Открывай следующую.
В последней комнате этого уровня было светло, так как она имела два окна, одно из которых было без стёкол. Она была пуста.
Вдруг, до слуха Антона донеслись какие-то шорохи.
«Какое-то животное?» — тут же всплыла у него мысль тревоги.
Чуть выше приподняв фраунгер и крутя им вслед за вращением головы, он шагнул внутрь комнаты, как вдруг что-то серое выскользнуло из-за стоящего у дальней стены стола и стремглав бросилось к одному из окон, в котором не было нижних стёкол и бросившись в безстекольный проём окна, исчезло из вида. Не давая себе отчёта, Антон бросился к этому же окну и подбежав, выглянул наружу: внизу, рядом со стеной дома, несомненно, лежал человек. Тут же развернувшись, он бросился из комнаты прочь.
— Всем за мной! — прокричал он, направляясь к лестнице, ведущей на первый уровень.
Выбежав из дома, он побежал вокруг, прыгая через какой-то строительный мусор, который в изобилии валялся около стен дома. Обежав вокруг, он наконец увидел лежащего около стены лицом вниз человека. Подбежав к нему, он наклонился и резким движением перевернул его и тут же невольно отшатнулся: лицо человека представляло собой сплошное месиво, залитое кровью, которая обильно текла из рваных ран его лица и если можно было судить по его не залитому кровью телу — это был совсем молодой человек, если вообще не ребёнок. Антон повернул голову и лишь сейчас увидел, что в том месте, где находилась голова этого молодого человека, на земле лежал какой-то ребристый металлический предмет, залитый кровью, вперемешку с чем-то белым.