Наконец, вводные лекции закончились, и мы с Исамой отправились знакомиться с сэнсеем. Вообще, так можно называть любого преподавателя, учителя или просто человека, который считается мудрым и уважаемым. Чьё мнение не пустой звук, так сказать. Например, писателя так можно назвать, даже если он тебя лично ничему не учит. Конечно, я не говорю о тех, кто пишет массовку или эротику. Речь о серьёзных авторах.
В общем, мы заявились в додзё второго корпуса. Там занятий ещё не было, но несколько офицеров разминались, нанося стремительные удары по грушам. Звонкие шлепки разносились по залу, сливаясь с резкими выкриками.
Мы увидели сэнсея (его нетрудно было определить по чёрному кимоно и особым нашивкам) возле стойки с деревянными мечами. Он словно выбирал снаряд для упражнений. Подойдя, мы приветствовали его поклоном.
— Новенькие? — осведомился тот, окинув нас оценивающим взглядом.
— Так точно, Такэда-доно, — быстро ответил Исама.
Ишь, даже успел выяснить фамилию мастера.
— У вас первое занятие завтра, — сказал сэнсей. — По расписанию.
— Мы знаем, просто решили представиться.
Мастер одобрительно кивнул.
— Что ж, раз явились, давайте я вас посмотрю, — сказал он, отступая от стойки с мечами. — Покажите, на что способны.
— Только ударно-бросковая техника? — уточнил Исама.
— Да, не буем ничего разрушать здесь. Для этого есть специальный плац на открытом воздухе с бетонными стенами. Думаю, вы его уже видели?
— Пока нет, Такэда-доно.
— Ну, всему своё время.
Мастер принял классическую стойку: опор на левую ногу, права чуть согнута и на носке. Одна рука у пояса, другая перед собой. На самом деле всё это не имело никакого значения, особенно для бойца такого уровня. А наставниками в военных менториумах могли стать адепты не ниже Мастера.
Мы с Исамой заняли позиции перед офицером, держа друг от друга дистанцию в полтора метра — чтобы не мешать и одновременно усложнить задачу противнику. Но, опять же, это не играло роли. Даже вдвоём мы были Такэде не соперники. Думаю, он бы справился с двумя десятками таких бойцов, как мы.
Исама атаковал первым. С резким выкриком он метнулся к сэнсею и ударил ногой сбоку — резко, хлёстко. Такэда легко заблокировал атаку предплечьем, мгновенно переместился чуть вперёд и врезал Исаме ладонью в грудь. Исама пытался провести сбив, но опоздал буквально на полсекунды и пропустил удар. Он отлетел назад и шлёпнулся на спину, но тут же вскочил — совсем как в китайский фильмах о вин-чуне, которые я смотрел в детстве.
Тем временем я атаковал мастера в прыжке. Прямой удар ногой в грудь. Такэда мог бы и увернуться, но не стал. Вместо этого он перенаправил мою ногу, оттолкнув её предплечьями, чем развернул меня так, что я начал падать лицом вперёд. Но наставник не ограничился этим. Мне навстречу устремилась его стопа. Она должна была ударить меня в грудь, но я успел подставить руки и заблокировал её. Приземлившись, с трудом удержал равновесие. Расслабляться было некогда: Такэда стремительно атаковал серией прямых ударов кулаками, метя в лицо, грудь и живот. Я отбил их, быстро пятясь. Тут и Исама подоспел. Он сделал подкат, желая сбить мастера, но тот лишь перепрыгнул его ноги. Однако маневр Исамы заставил его переместиться правее и прекратить атаку на меня.
Конечно, он дрался в четверть силы максимум. Скорее всего, даже меньше. Просто проверял, кто перед ним.
— Достаточно, — Такэда опустил руки и распрямился. — Вы не безнадёжны, кажется. Техника поставлена и соображаете, реакция есть. Но, конечно, вы в самом начале пути.
— Да, сэнсей! — склонился Исама.
Я последовал его примеру, чуть замешкавшись.
— Мы понимаем, — добавил мой приятель.
— Встретимся завтра, — кивнул офицер.
Покинув додзё, мы отправились к выходу с территории менториума. На сегодня мы были свободны. Этот день можно было считать единственным лайтовым на ближайшие шесть лет. Война, правда, грозила разразиться гораздо раньше. В течение двух лет, если верить аналитикам с телевидения. И я был склонен им верить. Потому что Император явно не стремился избежать конфликта с западом. Напротив, усиленно готовился к нему. А когда люди вкладывают столько средств и сил во что-то, они обычно рассчитывают использовать это. Кроме того, важно понимать: в Японии этого мира Император владеет землёй. Всей землёй. И, в принципе, это всё. Остальное принадлежит корпорациям, так называемым дзюйбацу, которые сложились из экономических и родственных союзов кланов. У них деньги, влияние, промышленные мощности и даже свои армии. Причём, вполне законные. Это привилегии, пожалованные Императором. Но, если интересы дзюйбацу идут вразрез с планами Солнцеликого, его просто вежливо, но твёрдо пошлют куда подальше. Потому что без кланов он ничего не может. Другое дело, что интересы кланов — это, вроде как, интересы странны, а значит, и интересы Императора. Проще говоря, владыка страны восходящего солнца служит кланам. Но никто никогда не вякнет этого прямо. Все делают по молчаливому согласию вид, что дела обстоят ровно наоборот. Такой вот коленкор.