— Наверное, сегодня сэнсей будет смотреть наш уровень, — сказал Исама.
— Скорее всего, — согласился я.
Меня это не очень волновало, а Исама так прямо ёрзал, как будто геморрой чесал.
— Успокойся, — сказал я. — Может, ты себя покажешь лучшим.
— Дело не в этом…
Исама запнулся. Думаю, дело было всё-таки именно в том, что он сомневался в своей бойцовской технике. И боялся ударить в грязь лицом не перед сокурсниками, а перед мастером.
Наконец, в раздевалку зашёл помощник тренера, высокий парень в зелёном кимоно, с красными волосами, поставленными ёжиком, и позвал нас в зал.
Как только мы построились, появился Такэда.
— Сэнсей! — выкрикнул, вытягиваясь в струну, помощник тренера.
Это означало, что пора поприветствовать ментора, и мы дружно склонились, прижав руки к бёдрам. Кулаки в ладони никто не упирал. Это было китайское приветствие, и в Японии считалось нелепым. Хоть Поднебесная и входила в состав паназиатской Империи, культуры особо не смешивались.
Мастер велел нам для начала разбиться на пары для спарринга. Он действительно хотел посмотреть, на что способны его новые ученики. Мы с Исамой встали напротив друг друга, но тут к нам неожиданно подрулил Сэтоши Накаяма.
— Не против, если я поспаррингую с твоим другом? — спросил он с лёгкой ухмылкой.
Исама недовольно нахмурился.
— А с кем будет тренироваться он? — спросил я.
— С моим другом, — Накаяма указал на здоровяка, разминавшегося в углу зала. — Он только с виду грозный, а вообще — лапочка.
Ну, конечно! Вешай лапшу на уши.
— Давай, — сказал я. — Но только сегодня.
— На большее и не претендую, — шутливо поклонился Накаяма.
Хочет выяснить мой уровень, понял я. Реальные бойцовские качества. Значит, атаковать будет сначала на пробу, а затем в полную силу. Уверен, его интересует мой предел. Впрочем, ничего такого тут нет. Остальные тоже, скорее всего, будут драться всерьёз. Иначе как они покажут мастеру, на что годятся?
— Ты не против? — для вежливости спросил я Исаму.
Мне, вообще, тоже было интересно, что умел сынок префекта. Раз уж он решил заиметь ко мне какие-то претензии, пусть пока и неясные.
Исама развёл руками.
— Валяйте!
Он направился к здоровяку в угол.
Я пригляделся к своему противнику. Высокий, хоть и немного ниже меня. Жилистый, гибкий. Наверняка гибкий. Будет работать ногами. Прыгать, делать подсечки. В бросковую технику едва ли полезет всерьёз: масса маловата. Я-то, попав в тело Кенджи, когда оклемался, отправился в зал и подкачался. Мне привычней было с нормальными мускулами. Здесь качков особо не жаловали, так как считалось, будто масса только мешает скорости. Так что мало кто мог похвастаться бицухами. Соответственно, сила удара зависела, прежде всего, от техники, концентрации и, конечно, уровня. Так как подкреплялась Ци. Поэтому сухопарый старичок в ранге Парящего легко раскатывал молодого противника рангом ниже. Сила духа, в общем, решала.
— Предлагаю друг друга не жалеть, — улыбаясь, проговорил Накаяма.
— Согласен.
Сэнсей подал знак помощнику, и тот громко объявил начало спарринга.
Глава 13
Накаяма атаковал мгновенно: пригнувшись, ринулся вперёд, выбросив кулак для прямого удара в корпус. Я отвёл его локтём внутрь и хлестнул противника ногой по рёбрам. Это было очень быстро, и парень не успел заблокировать. Охнув, он откачнулся в сторону. Глаза его сверкнули. Подпрыгнув он попытался врезать мне стопой по голове. Я пригнулся, ушёл вниз и, как только он приземлился, подсёк. У Накаямы просто не было времени оттолкнуться от пола, и он полетел назад, но не упал, а выгнулся, сделал колесо и встал. Не теряя времени, он кинулся на меня. Серия ударов руками по корпусу и в голову, из которых я один пропустил. Скула вспыхнула от боли. Неплохо!
Уйдя влево, я схватил Накаяму за шею, привлёк к себе и попытался сломать ему рёбра ударом колена снизу. Обычно мне удавалось повредить два-три ребра таким приёмчиком из кик-боксинга. Но мой противник выгнулся так, что удар пришёлся в живот. Накаяма оттолкнул меня и, создав дистанцию, врезал ногой по бедру. Попал в болевую точку, и нога отнялась. Ах ты, гад! Это уже было из муай-тай. Многие совмещали другие единоборства с японским шотоканом. Как и я. Но не все. Накаяма явно не относился к поборникам только национального искусства мордобоя.