На протяжении многих дней единственными кораблями и людьми, которых встретит «Фортуна дель Дельфино», будут триремы пескаторе с треугольными парусами в красную полоску – лодки рыбаков, преследующих стаи беложаберок и красножаберок, большого окуня, китовую акулу и злобную серратину. Эти люди всю жизнь проводили в океане и редко ступали на твердую землю.
Мир был огромен, и меня потрясла догадка о том, что я ничего о нем не знаю, если не считать записей в наших гроссбухах, которые рассказывали о странах и портах посредством чисел, списков и контрактов. Я жадно следил за уходящим парусником, гадая, каково это – жить на волнах Урулы, под солнцем Амо. Я знал груз судна, но не его жизнь.
– Давико! Челия!
Мы обернулись на крик. Неуклюжая фигура карабкалась на холм, обхватив руками огромную книгу.
– Хвала Амо!
– Джованни! – воскликнула Челия. – Что ты здесь делаешь?
Это и правда был наш друг Джованни. Раскрасневшийся и потный, с коленями, испачканными землей и травой, но, конечно же, с идеально чистой книгой, которую защитили его объятия. Холмы часто привлекали компании студентов университета, которые брали с собой хлеб и вино, чтобы приятно провести день. Бедные приходили пешком, богатые приезжали на лошадях, но Джованни, похоже, был совершенно один – и плохо подготовлен к такой вылазке.
– Разве тебе не следует быть в университете? – спросила Челия. – Прятаться в какой-нибудь тенистой библиотеке? И что ты делаешь с этой книгой?
Джованни без особого успеха попытался стереть покрывавший лицо слой пота.
– Я был в Либриксиум-Лючия, где хороший свет и совсем нет теней, а потом пришли Пьеро и Чьерко и убедили меня отправиться сюда. Они собирались встретиться с друзьями за вином и обсудить филос.
– Пьеро хотел обсудить филос? Я в это не верю.
– Ну, он хотел выпить вина, – поправился Джованни. – И сказал, что я могу сидеть под деревом с тем же успехом, что и в библиотеке.
Челия оглядела усыпанные одуванчиками поля.
– А где сейчас Пьеро и Чьерко?
Джованни вздохнул:
– Наверное…
– Ну-ну?
– Наверное, я забыл как следует привязать наших лошадей.
– Всех.
– Гм… Да.
Челия рассмеялась:
– Похоже на ошибку.
– Все было бы не так ужасно, если бы Пьеро не напугал их, запев. Они убежали, и теперь… – Джованни пожал плечами и махнул рукой в сторону Ромильи, где холмы становились более лесистыми. – Теперь они ищут лошадей где-то там.
И Джованни.
– А ты идешь домой пешком.
– Не думаю, что они вернутся за мной сегодня. Даже если отыщут коней.
Лукаво вскинув бровь, Челия посмотрела на меня:
– Что скажешь, Давико?
Джованни выглядел таким несчастным, что я не мог не подыграть.
– Что ж, согласно филосу Ла Салвикса, мы должны ему помочь. Если речь о филосе.
– Эта книга выглядит тяжелой, – заметила Челия.
На лице Джованни вспыхнула надежда.
– Но… – И я многозначительно умолк.
– Но? – повторила Челия.
Джованни кисло посмотрел на меня:
– Только не начинай.
– Он потерял лошадей своих дружков, а не только собственную, – сказал я.
– Ай. Это верно. – Челия задумчиво погладила подбородок, словно бороду. – Твой отец частенько говорит, что трудный урок запоминается навсегда.
– Верно! – Я щелкнул пальцами. – И Аган Хан тоже утверждает нечто подобное! – Я понизил голос, подражая воину: – «Лишь вкусив плоды своих заблуждений, ты познаешь истину».
– Именно так! – воскликнула Челия.
– Если бы я знал, что вы ничуть не лучше Пьеро и Чьерко…
– Я тоже слышала Агана Хана. – И Челия перешла на бас. – «Ребенок не станет есть гнилой фрукт дважды».
– Ай! – Я шлепнул себя по бедру. – Верно, сестра! Это я забыл. Ребенок не станет есть гнилой фрукт дважды. Хороший урок, ты согласна?
– Полностью согласна.
– Ты всегда так мудра, сестренка.
– Най, это ты мудр, братец.
– Нам нужно больше заниматься филосом.
– Я прямо чувствую, как расширяется мой разум!
Джованни одарил нас мрачным взглядом:
– Думаю, мне пора.
К нам подъехали Аган Хан, Полонос и Релус.
– Что здесь происходит? – спросил Аган Хан.
– Наш друг лишился лошади, – ответила Челия.
– Вот как?
– Он ее не привязал.
– О. – Аган Хан огладил бороду. – Это ошибка.
– Путь до дома неблизкий, – сообщил я.
– Эта книга выглядит тяжелой, – добавил Полонос.
– Эти туфли выглядят мягкими, – заметил Релус.
– Мы думали о том, чтобы помочь ему, – сказала Челия.
Аган Хан сложил ладони на луке седла и, нахмурившись, посмотрел на Джованни.