Отец, кажется, игнорирует все мои доводы.
Смотрю на открытый шкаф, не двигаясь, будто околдованная. Понятия не имею, что надеть. Впрочем, как обычно. У нас, у девушек, это вечная проблема. Одежды море, а выбрать нечего. Это напоминает ситуацию, когда перелистываешь множество каналов с фильмами, но ни один не заставляет остановить свой выбор.
Сегодня Дашка с подругой с её курса пригласили меня в клуб. Мы часто туда ходим — общаемся, танцуем до упаду. Помимо всех привычных атрибутов, этот клуб славится просторным танцполом и музыкой от именитых диджеев — не только столичных, но и приглашённых из других стран.
И, наконец, страдания мои по выбору заканчиваются. Из множества платьев снимаю одно с вешалки и прикладываю его к себе, глядя в зеркало. По-моему, это идеальный вариант. Шелковистая ткань будет изящно ложиться на бёдра и грудь, придавая образу воздушности. А изумрудный оттенок в сочетании с моими волосами и глазами создаст почти божественный образ. Впрочем, я и есть богиня. Улыбаюсь про себя, бросая платье на диванчик в гардеробной, и направляюсь в душ.
***
— Куда собралась? — слышу голос отца за спиной, когда я спускаюсь по лестнице и иду в ту часть дома, где обитает Арина, чтобы она оценила мой наряд, дала советы и пожелала хорошего вечера. Это наша традиция, и кажется, будто выход из дома без этого ритуала не сулит ничего хорошего.
— В клуб, — отвечаю на ходу, громко стуча каблуками.
— Поедешь со Стасом, — твердо бросает он, оглядывая меня с головы до ног.
— Ну, папа! Ты мне вообще не даешь свободы! Это обязательно? — возмущаюсь я, резко останавливаясь и поворачиваясь.
— Обязательно, дочь, — спокойно парирует он, но я-то знаю, что сдерживается…
— Ну…
— Я всё сказал, — перебивает меня, не давая мне сказать больше и слова, и припечатывая меня взглядом. — Он не станет тебе мешать. Просто будет рядом. Иди давай, — заключает он, затем разворачивается и уходит.
***
Мерцающая величественная вывеска ночного клуба привлекает внимание издалека, еще за сотню метров. Стас плавно останавливает машину у входа, где тянется очередь жаждущих попасть внутрь. Он выходит вместе со мной, легким жестом указывает следовать за ним и, минуя толпу, направляется к двум охранникам на фейс-контроле, обмениваясь с ними рукопожатиями. Они сверяют мою фамилию со списком и, поставив мне ультрафиолетовую печать на запястье, разрешают пройти без очереди.
Стас входит вместе со мной, окидывая взглядом обстановку и сообщая, что будет поблизости, а в случае необходимости я могу подать ему сигнал, используя вызов SOS. Я заверяю его, что справлюсь, и углубляюсь в пространство клуба.
Первым делом меня окутывает плотный воздух, насыщенный ароматом парфюма, дымом и вибрирующей энергией танцующих тел. Лазеры разрезают полумрак разноцветными лучами, выхватывая из толпы то одно лицо, то другое.
Пробираюсь через танцпол к лаунж-зоне, где мы с девочками обычно бронируем столик. Издалека вижу, что они уже расположились на угловом диване, который открывает идеальный вид на весь клуб. Юля машет рукой, стараясь привлечь внимание, а Дашка с широкой улыбкой встает и устремляется навстречу.
— Наконец-то, мы заждались, — обнимает меня, окружая ароматом цветочного парфюма.
Юля присоединяется к объятиям, мы смеемся и, перекрикивая музыку, издаем восторженные визги. Судя по бутылке просекко и трем бокалам на столике, этот вечер обещает быть незабываемым.
Устраиваюсь на мягком диване, поправляю платье, скрывая от взглядов лишние откровения, с улыбкой наблюдая за происходящим. Хочется расслабиться, позволить музыке растворить все сомнения и мысли о грядущем замужестве…
***
Я направляюсь к бару, чтобы раздобыть воду. Ужасно жарко, очень хочется пить. Пытаюсь докричаться до бармена, но безуспешно. Сегодня аншлаг, людей просто не сосчитать. Парень за стойкой принимает заказ и отправляется его выполнять. Я осматриваюсь вокруг и замираю от потрясения, когда встречаюсь взглядом с синими глазами, глубокими, как горные озера после летнего дождя, которые направлены прямо на меня. В них читается что-то странное, смесь интереса и… чего-то ещё, неприязни, возможно? Или чего-то более угрожающего.
Вот гадство! А что он здесь делает? Следит за мной?
Гончаров неотрывно смотрит на меня, криво усмехаясь. Его блуждающий взгляд скользит по мне, он удовлетворенно кивает и сглатывает, и я замечаю, как дергается у него кадык. Только собираюсь отпустить очередную колкость, как к нему подходит молодая женщина — темноволосая, стройная брюнетка с ярким макияжем и с далеко не дружеской фамильярностью кладёт руку ему на плечо, стирая невидимую пылинку с его рубашки.