Петя Горчаков как обычно лежал на полу, уставившись невидящим взором в одну точку. Порог его голой темницы переступили ноги мужчины в грубых солдатских сапогах и женские – в черных атласных туфельках. Царевич, который сидел и качался из стороны в стороны, словно обезьяна на ветке, поглощенный трогательным сценарием, который разрабатывал в голове, естественно не заметил появления гостей.
- Дарьюшка с ужасом подошла к гробу, в котором лежал очень красивый юноша, - бормотал Петя. - Ее обычно нежное личико, теперь было опухшим от слез, но естественно это никак не сказалось на ее чудной внешности. Парень, оплакиваемый милой девушкой, умерший в расцвете лет, при жизни был весьма хорош собой, особенно были привлекательны его светлые вьющиеся волосы. – тут Петя стыдливо улыбнулся от осознания того, что слишком уж нескромно себя похвалил. - Он был при жизни полон смелых и благородных порывов, хотел положить к ногам прелестной княжны Дарьюшки весь мир, но она, к сожалению этого не оценила. Теперь Дарье Кащеевне ничего не остается, как только оплакивать возлюбленного, от которого осталась лишь - бренная земная оболочка, по-прежнему родная, но пустая и бездушная.
Мальчик в этот день лежал на склизком полу, пропитанном канализационной влагой, утомительные бегалки по темнице полностью опустошили его. Даже очевидный факт унизительности данного положения не мог заставить царевича подняться на ноги. Петя был далеко не лентяем, и если бы мог, то встал бы, но у него не хватало сил: простуженные кости ныли, на грудь словно лег тяжелый кирпич депрессивного настроения, а разум уже начал атрофироваться от бесплодных мечтаний. Последнее из перечисленных причин упадка сил моего героя – самая главная, ведь любая интенсивная мыслительная активность, не вложенная в действие, в конце - концов пожирает своего обладателя.
Один из посетителей - мужчина в солдатских сапогах подал голос: «Опять лежит в луже! Как еще, спрашивается, это амебное существо царем нашим собиралось стать?! Даже если душить будут, не очухается!» - царевич Петр инстинктивно понял, что речь идет о нем, ведь он жутко стыдился показывать предметы своих грез, а на воре, как говорится и шапка горит.
- Кто здесь?! – Петя наконец заметил присутствие посторонних. Перед ним стоял тот самый жалостливый охранник, который поделился с ним проигрывателем, и любимая, до слез, родная девушка в черном плаще с капризно вздернутым носиком и длинными черными косами, подчеркивающими ее тонкую талию.
– Дарьюшка, милая, неужели это ты? – царевич так обрадовался, что вмиг нашел в себе силы вскочить на ноги и тут же, смутившись, будто невзначай поинтересовался. – Ты ведь не слышала ничего из того, что я только что говорил сам себе? – царевич вдруг начал заливаться мягким румянцем. Румянец, начал заливать шею, затем распространился на лицо и в самую последнее очередь – на уши. Дарьюшка еще никогда не видела, чтобы кто – то так краснел, особенно мужчина, поэтому ей это показалось необыкновенно милым.
- Да, слышала, каждое слово. Я и раньше знала, что ты необыкновенная личность, но что настолько! Это просто уму непостижимо! – Дарьюшка, пересиливая робость, подскочила и по – детски тепло, обняла Петю. - Петенька, тебя тут пытали?
- Нет, – только и смог выдавить обрадованный, но вместе с тем смущенный царевич.
- Как жаль, это было бы так романтично, прям, как в «Королеве Марго», - и тут же Дарья спохватилась, подумав, что сказала неприятные для жениха слова. - Ой, что я такое говорю! Конечно, я рада, что с тобой все в порядке! Ведь лучше иметь счастливый и долгий брак, нежели несчастный, но романтичный! Не обижайся, пожалуйста.
- Я не обижаюсь, милая Дарьюшка. Это было так очаровательно! Ты просто спасла меня своим визитом!
- Прости, что так долго не приходила. Я еле вырвалась, за мной Амалия лично следит, а папеньке моему совсем худо пришлось от этой негодной ведьмы! – лицо Дарьюшки было изможденным, осунувшимся от тревог и забот. – Но некогда сейчас говорить об этом! С минуту на минуту сюда подоспеет стража, чтобы отвести тебя на эшафот на Кошачьей площади! Я договорилась с этим добрым человеком, – девушка кивнула головой в сторону охранника, терпеливо ожидавшего, пока молодые влюбленные наговорятся. – он согласился за небольшое вознаграждение провести меня в темницу, чтобы я смогла спрятать тебя в безопасном месте.