- Тебе не удастся затащить меня в постель.
Пользуясь расстоянием, он обхватил мою талию и прижал к себе. Сквозь плотные джинсы я почувствовала его эрекцию. Внушающий размер.
- Уверена? - его голос с заботливого, перешёл в заигрывающий.
Обычно, за такие касания я ломаю руки. Но этот жест заставил меня замешкаться. Неожиданно было ощутить лёгкую власть над своим телом. И я решила пока воздержаться от переломов.
- Ты всегда принимаешь виагру, посещая такие места?
- Я не пользуюсь такими мотиваторами. Данную реакцию спровоцировал твой острый язычок.
- Это не может не льстить. - вернула я ему его же слова.
- Моё предложение всё ещё в силе. Можем съездить куда-нибудь перекусить. Или сразу к тебе.
А всё так хорошо начиналось. Я сняла с себя кожаную куртку и продемонстрировала свой размер груди, который чётко прослеживался из-за облегающей майки. Бросив её на диван, я вернула своё внимание Аполлону, и провела пальцем по его открытой шее, до расстёгнутой верхней пуговки. Он закусил нижнюю губу, и его глаза стали дикими, готовыми к нападению, после чего, я взглянула ему в глаза и сказала:
- Я не вожу незнакомых мальчиков к себе домой.
Я ушла на танцпол к Эбигейл, оставив стального Аполлона неудовлетворённым.
Глава 2
Понедельник. Ненавижу этот день недели. Я веду занятия три раза в неделю, но понедельник особо не люблю из-за того, что он идёт первым в открывании рабочей недели. Не выспаться, не отдохнуть от выходных. В общем, не люблю и всё.
Первые занятия закончились, и настало время обеда. Я решила не идти сегодня в столовую, слишком много дел появилось. На свою голову провела тест. А так как я дома катастрофически не люблю проверять работы, придётся потратить часть своего обеда на это.
Через час я довольная ввалилась в преподавательский кабинет, чтобы положить проверенные тесты в свой рабочий стол. Но когда я вошла, вся моя проделанная работа рассыпалась листопадом на пол. Напротив меня стоял Аполлон, и он был облеплен всеми преподавателями женского пола. Мужчины воздержались от приветственных обнимашек.
Я постаралась скрыть своё удивление и принялась поднимать листы. Время обеда закончилось, и все мигом вылетели из кабинета. Остались только я, так как моё следующее занятие только через час, и Аполлон. Я не понимала, что он здесь делает, но искренне надеялась, что он меня не узнает. В универе я выгляжу намного проще: цвет волос тот же, красный с малиновым оттенком, только они обычно собраны в пучок или в хвост (сегодня в безобразный пучок). Макияж на минимуме, я бы даже сказала, отсутствует напрочь. Брюки в обтяжку, сменные туфли на среднем каблуке, и серая блузка. И главная изюминка этого образа-заучки - фейковые очки с чёрной оправой.
Незамеченной остаться не получилось. Аполлон присел на корточки напротив и принялся помогать собирать листы.
- Вы новенькая? - спросил он.
Он, напротив, выглядел довольно стильно. Дорогие часы, брендовый пиджак, и рубашка с недешёвыми запонками. В мужских джинсах я не разбираюсь, но уверена, что тоже куплены не в ближайшем дешёвом магазине одежды. Поднимая листы, я не могла не заметить дорогие чёрные туфли, начищенные до блеска.
- Нет, - я взглянула ему в глаза. Даже глаза у него были, как у бога. Голубые и пронзительные. Понятно, почему Эбигейл и весь женский коллектив пустили слюни. - Я не новенькая. А вы? - мы наконец собрали эту кипу и поднялись.
- А вот я здесь новенький. Меня зовут Доминик Чандлер. Я буду временно заменять ректора.
- Такой молодой, а уже ректор? - на вид ему не больше тридцати.
- Я лишь временно здесь. Дядя попросил присмотреть за университетом, пока его не будет. - ответил он. - Мы с вами нигде не встречались?
- Я бы вас запомнила.
Доминик:
Она думает, что в этом учительском прикиде я её не узнаю. Даже если бы она волосы перекрасила, свой острый язык она себе точно не отрежет. И снова эта реакция. Срочно нужно избавиться от этих мыслей. После того, как эта девчонка мне так дерзко отказала, всю ночь я лицезрел её лицо и грудь третьего размера во сне. Весь пах горел наутро. Я бы мог выпустить пар на любой другой из того клуба, но в тот момент желал только одну. Мне никогда не отказывали, а этой, с земляничными губами, хватило всего несколько непринуждённых слов, чтобы устроить бурю в моих штанах.