По глупости ещё одна потеря произошла наверху. При выводе гражданских с верхнего этажа парни зашли по схеме в какой-то номер и погнали на выход постояльца. Из-за внезапно поднявшегося внизу шума он схватился за ствол с нехилой убойной силой и пальнул в шею отвернувшемуся от него бойцу. Перелом позвонков и почти мгновенная смерть. Впрочем, беспокойный клиент клуба ненадолго пережил парня, имени которого я так и не узнал. Куда, кстати, смотрели парни в тройке, я тоже не узнал, но как же так? Оставить без надзора потенциально опасного субъекта на чужой территории? Помню, тогда резко захотелось тем двум балбесам накинуть по шее. Вот что значит отсутствие слаженности в группе.
После хаотичной эвакуации из клуба и более-менее организованного вывода гражданских с верхних этажей, Нор Гал взял меня и ещё тройку бойцов и повёл ко входу в лабораторию, который согласно данным крота находился в погребке с элитным спиртным. Неплохо придумано. Всегда можно через кухню вывезти товар из неё и привезти реагенты. В общем, мне повезло, потому что я шёл четвёртым. Двух парней передо мной изрешетило сразу – две крупнокалиберных автотурели, выдвинувшиеся из потолка, превратили их в отвратительный конструкторский набор, после того, как они поверхностно проверив погребок, зашли внутрь. Третье тело, будто на верёвочке следовало за ними и поймало под ноги гранату. Откуда она взялась – хрен его знает. Возникло ощущение, что лабу проектировал психически больной человек. Нафига турель и ловушка с гранатой? Главная защита в таких делах – это скрытность. Если точку обнаружили и стали вскрывать, толку от неё не будет никакого, с засвеченного места всё равно придётся уходить. Ну, а я что?.. Я за несколько мгновений до этого поскользнулся на валявшемся фрукте и, падая, сбил сэра старшего сержанта, замыкавшего цепь. Повезло, что падение получилось крайне неудачным. В первые мгновения после удара об пол я пытался понять – целы ли руки-ноги, потом пришлось отцепляться от командира, ремень оружия которого зацепился за мой экзоскелет. Только поэтому я и старший сержант не получили град осколков и не отправились на тот свет. Если он есть, конечно, проверять лично ещё не хочется. В итоге шесть наших боевых товарищей полегли за считанные минуты на какой-то рядовой по сути операции. Шесть из тридцати шести человек… Почти двадцать процентов потерь среди новобранцев, если учесть, что с нами было три инструктора-командира.
- Сэр старший сержант, скажите, почему так получается? Почти пятая часть рекрутов «отсеялась» после экзамена, дальше ещё хуже будет? – спросил я.
- Боец, можешь теперь обращаться ко мне в обычной обстановке просто «сэр». – сказал он, что-то пригубив из обычного стакана, и продолжил. – А ты как думал? В штурмовых частях в первую очередь гибнут новобранцы, на них в среднем приходится 90% потерь. Корпорациям вроде нашей некогда долго обучать рекрутов, они не армия, которую снабжает государство. Только оно может позволить готовить два-три года специалистов почти в тепличных условиях. При необходимости. Корпорации нужны лучшие, поэтому действует жёсткий отсев. Сумел усвоить материал и пройти испытания – значит, молодец, хорошая карьера тебе почти гарантирована, нет – ну, не повезло. Бывает. Бизнес, так его, ничего личного. Неспособные к воинскому делу очень быстро выбывают, а остаются только самые удачливые, вроде тебя, или те, кто буквально рождён для боя, настоящие псы войны. Но, сам понимаешь, уровень заработка соответствует риску и намного выше, чем на гражданке. Думаешь, почему я гоняю молодняк в учебке? Потому что уже побывал в таких переделках, которые тебе и не снились. Сейчас у меня есть возможность спокойно передавать опыт без особого риска и выходить на мелкие задания типа сегодняшних. Кроме того, я ещё и спец по безопасности, часто работаю на объектах, где нужно организовать периметр безопасности, очень тонкая работа, за которую хорошо платят. Я знаю многих профессионалов, могу правильно наладить их взаимодействие, проверить результаты работы, это только с годами можно приобрести…