Наёмник не отвечал. Он сидел на корточках, помешивая варево ножом, и смотрел в огонь. Его лицо в пляшущих отсветах пламени казалось маской, высеченной из камня. Кибернетическая рука покоилась на колене, пальцы-манипуляторы слегка подрагивали, словно жили своей жизнью.
Яна сидела чуть поодаль, обхватив колени руками. Она всё ещё была под впечатлением от дневной погони и старалась быть незаметной.
— В Новограде кухня, конечно, лучше, — не унимался купец, пытаясь заполнить тишину своим голосом. — Там гидропоника работает, свежие овощи. Помидоры, представляешь? Настоящие, красные, а не та серая дрянь, что растёт на пустошах. Я тебе обещаю, как доберёмся, угощу…
Договорить он не успел. Отвёртка замер. Его рука с ножом остановилась на полпути к котелку. Голова резко повернулась в сторону чернеющего провала улицы. В лесу ухнула сова, но наёмник слушал не её. Он услышал хруст. Едва слышный, сухой треск ветки под чьим-то осторожным, но тяжёлым сапогом. Метрах в семидесяти. Против ветра.
— Пасть захлопни, — прошелестел его голос, тихий, как змеиное шипение.
Кощей поперхнулся на полуслове, уставившись на проводника.
— Что?..
— В машину. Оба. Быстро и тихо. Двери не хлопать. Сидеть ниже уровня окон. Если начнут стрелять по салону, сразу на пол.
В его тоне было столько ледяной угрозы, что вопросы умерли сами собой. Яна первой вскочила и, схватив отца за рукав, потащила его к «Бурану». Они скользнули внутрь броневика, бесшумно притворив тяжёлую дверцу.
Отвёртка не стал гасить костёр. Наоборот, он подбросил пару веток, чтобы пламя разгорелось ярче, отбрасывая длинные тени. Оставив котелок висеть как приманку, он подхватил свой «Пепельник», проверил предохранитель и мягким перекатом ушёл в густую тень рухнувшей стены. Секунда, и его не стало. Он растворился в развалинах, слился с камнем и гнилым деревом.
Минуты тянулись вязко, как смола. Лес молчал, только потрескивали дрова в костре. Затем из темноты появились фигуры. Их было пятеро. Одеты в разномастный камуфляж, лица скрыты масками или платками. Оружие держали уверенно, но расслабленно. Они видели одинокий костёр, машину и никого вокруг.
— Эй, есть кто живой? — хрипло крикнул один из них, высокий, с дробовиком наперевес. — Выходи, не обидим! Поделишься жратвой — и живи!
Они вышли на освещённую поляну, окружая костёр полукольцом. Двое сразу направились к «Бурану», жадно ощупывая взглядами его броню.
— Хорошая тачка, — ухмыльнулся один, протягивая лапу к ручке двери. — Глянь, Лысый, там внутри кто-то шевелится.
Отвёртка, наблюдавший за ними через пролом в стене соседнего дома, медленно выдохнул. Дистанция двадцать метров. Ветер слабый. Цели открыты.
Он не стал кричать предупреждений. В этом мире предупреждение — это непозволительная роскошь. Наёмник плавно нажал на спуск. Хлопок глушителя прозвучал довольно громко, но результат был мгновенным. Бандит, тянувшийся к двери машины, дёрнулся, словно наткнулся на невидимую стену, и мешком осел в грязь с аккуратной дыркой в виске.
Тут же ствол автомата сместился на пару сантиметров. Второй выстрел. Тот, что стоял у костра, получил пулю в горло, захлебнулся криком и упал.
— Слева! — заорал кто-то из оставшихся.
Остальные трое мгновенно рассыпались, падая на землю и открывая беспорядочный огонь в сторону, откуда прилетела смерть. Пули защёлкали по кирпичной кладке, выбивая крошку и пыль.
Отвёртка уже не был там. Сделав два выстрела, он тут же сменил позицию, перебежав, пригнувшись, за угол дома. Он двигался бесшумно, как призрак. Его шаги по битому кирпичу были мягкими, перекатывающимися с пятки на носок.
Из темноты леса, откуда пришли эти пятеро, ударили автоматные очереди. Там была группа прикрытия. Пули со свистом прошивали воздух, вгрызались в землю, рикошетили от брони «Бурана». Внутри машины взвизгнул Кощей.
— Много, — хладнокровно отметил про себя Отвёртка. — Ещё как минимум четверо в лесу.
Он выглянул из-за угла, оценил обстановку. Трое на поляне пытались ползком добраться до укрытий. Наёмник выждал секунду, пока один из них приподнимется, чтобы перебежать за остатки печи.
Двойной выстрел. Бандит рухнул лицом вниз. Его ноги ещё пару раз дёрнулись и затихли.
— Обходи его! — орали из леса. — Обходи, суку!