Но легче не становилось даже после многочасовых разговоров с Роткиром – с единственным человеком во всём Теманосе, который прекрасно понимал короля и мог посоветовать, хоть что-то путное. Он даже пытался выполнить своё обещание - обучить Генри владению тайными знаниями, но на это было необходимо время, которого у них было не так уж и много. К большому сожалению, речи невозможно было вести вечно.
Принц Генрихстона был занят ничуть не меньше Филиппа, Усуфа и Аролика. Он каждый день участвовал в тренировках бойцов, показывая им приёмы, которые знали лишь солдаты, обучающиеся в его вотчине. К тому же, он оказался неплохим каменщиком и скульптором и по мере сил и возможностей помогал украшать город различными статуями, рельефами и барельефами, которыми теперь пестрили многие дома Нового Теманоса.
Так проходили дни, за ними сменялись недели, а там и месяцы уходили вглубь веков. Подходил к концу месяц Меча. Ночи становились длиннее, и заметно холодало. Земледельцы взялись за сбор урожая, чтобы успеть до того, как ударят первые серьёзные морозы.
В первые дни Лука и Стрел весь урожай был собран и уложен в специально отведенные помещения, которые располагались совсем неподалёку от оружейных, куда кузнецы Аролика складывали переделанные доспехи и оружие. По предложению короля Генри, был организован праздник, ознаменовавший собой окончание урожайного года и очередной передышки перед новыми посевами, которые должны были начаться с наступлением тепла, в месяц Императора или Орла.
Весь город гулял в эту ночь, совершенно не задумываясь, что, вероятнее всего, разразится настоящая война с противником, который превосходит унбаргов численностью в десятки раз. Никто не забивал себе голову лишними проблемами, ведь радость била ключом. Даже заметно пополневшая, с большим округлым животом, королева Даная нашла в себе силы, чтобы прийти на площадь и немного потанцевать в компании со своей подругой Алией.
Неподалёку от них танцевали Усуф Раис и его подруга,Кесида, которая смотрела на парня далеко не так, как полагается смотреть на друга. Лишь слепой не мог бы заметить того огня в глазах девушки, что был виден, подобно яркому костру в безлунную ночь.
Десница Филипп стоял в стороне, сложив руки на груди, с радостной улыбкой следя за танцем своей жены. Неподалёку от него тёмный, как ночь, стоял Аролик, не сводя взгляда с веселящийся от всей души Авроры. Было невозможно понять, какие именно чувства роятся в его голове, но он сам пошёл на подобное. Винить ему было некого. Девушка не единожды приглашала его потанцевать, но он лишь отмахивался. Тогда-то она и решила просто повеселиться, забыв о его существовании. Может, она надеялась, что рано или поздно подобное поведение заденет парня, и он изменит своё мнение.
Король Генри в празднике не участвовал. Он лишь стоял в стороне, с болью смотря на свою возлюбленную, сжимая рукоять меча Закона,с головой погрузившись в тёмные мысли.
Спустя три дня после праздника урожая, в Теманос вернулась третья эскадра кораблей, ведя за собой пять захваченных галер. Вернувшихся встречали, как героев. Освобождённых рабов проводили в ещё незаселённые, специально для них построенные дома.
К отрядам Усуфа прибавилось ещё семь сотен человек, которые присоединились к тренировкам уже на следующий день. Теперь оставалось лишь ждать приказа короля, чтобы перейти в наступление, но он медлил. И все прекрасно понимали, по какой причине.
Время шло, и день рождения наследника приближался. Правитель не собирался бросать её, пока она не разрешится. Все ждали месяца Копья, в который, по всем подсчётам, и должен был родиться первенец короля.
Заканчивался 26-й день Копья.
Лёгкий морозец сковал округу. Рваные облака скрывали скудный свет убывающей луны. С неба летели крупные хлопья снега, подхватываемые еле заметными порывами освежающего, дующего с Лучистого моря, ветра.
Генри возвращался домой после очередного совета, стремясь к любимой так быстро, как только мог. Он тихо, боясь разбудить Данаю, раскрыл дверь и замер на пороге.
Девушка лежала на кровати, тихо рыдая, содрогаясь от приступов боли.
-Что случилось? – король подскочил к кровати, заключая любимую в объятья.
-Ребёнок, - справляясь с болью, произнесла девушка. - У меня всё болит, накатывает волнами. Не могу пошевелиться. Мне говорили, это схватки. Надо звать кого-нибудь.
-Сейчас. Я быстро. Потерпи немного.
Выбежав на улицу и проклиная себя за задержку, Генри устремился за помощью. В голове роились сотни мыслей. Он искал верную и пришёл к единственному решению.