Король долго стоял у двери, не решаясь постучаться, и, лишь спустя почти полчаса, робко ударил в дверь пару раз. Грузные шаги приближающегося Филиппа возвестили о том, что его услышали. Спустя пару мгновений, дверь распахнулась, и младший брат с презрением посмотрел на него, а затем молча отошёл, предлагая войти.
-Кто там, Филипп? - послышался из соседней комнаты сиплый голос Алии. Она, скорее всего, прокричала и прорыдала всю ночь. - Кому не спится в такую рань?
-Король явился, - пробасил помощник, усаживаясь в скромное креслице, смотря в пол.
Генри стоял, не двигаясь, смотря вперёд, пытаясь совладать с дрожью в теле. Он о многом передумал, пока шёл сюда, многие темы перебрал, стоя у двери и не решаясь постучаться, а сейчас чувствовал себя не правителем, а всего лишь нашкодившим ребёнком.
Прошло почти пять минут, пока в прихожую не вошла Алия. Лицо её, дотоле величественное и гордое, представляло жуткую картину. Левая сторона, куда пришёлся удар короля, посинела, а глаз уменьшился в два раза и с трудом открывался. Черты лица были искажены, и каждое движение губ, судя по всему, приносило ей мучительную боль.
-Чем мы обязаны визиту? - девушка говорила медленно, останавливаясь после каждого слова, и по лицу пробегала волна боли, которая искажала идеальные, до удара короля, черты. Она смотрела на стоявшего пред ней правителя с безразличием, а не с ненавистью, что было бы понятнее. - Честно говоря, я не чаяла увидеть тебя так быстро, Генри.
-Я долго думал, - начал король, заикаясь на каждом слове. - Не спал всю ночь, - Филипп презрительно фыркнул, но Генри постарался не обращать внимания. - Хотел извиниться, ведь осознал свою ошибку. Я действовал неразумно. Мною управляли эмоции, а не здравый смысл. Я не хотел навредить ни тебе, ни Филиппу, ни кому бы то ни было ещё.
-Понимаю, Генри, - Алия подошла поближе, внимательно смотря в глаза короля. - Ты стал заложником своих эмоций, многое потерял, когда от нас ушла Даная. Эта смерть ранила тебя больше, чем любого из нас, но твоя ошибка была в том, что ты поддался слабости, а это не достойно короля.
-Я пойму, если вы откажетесь со мной общаться. Не найдёте сил простить, но я не хочу терять вас. Вы - это всё, что у меня осталось.
-А как же Алира? - встрял в разговор Филипп, смотря на брата со злобой. - Разве она не заменит тебе всех нас? Мы же и ногтя твоего не стоим, как она выразилась. Так, может, ты зря пришёл, чтобы просить прощения? Может, лучше бы остался рядом с ней? Мы продолжим делать то, что делали, потому что это всё, в первую очередь, ради народа, а не короля.
-Филипп, любовь моя, - прервала душевные излияния мужа Алия. - Мы уже достаточно поговорили на эту тему. Мы не знаем, что связывает Генри и Алиру, и не нам судить их. Они уже взрослые люди, чтобы решать. Генри, дорогой мой друг, пойми своего брата. Он взбешён, разочарован. Он всегда защищал тебя. Даже когда я утверждала, что власть изменит тебя, он стоял до последнего, веруя в твою непоколебимость. Поэтому ему так сложно смотреть на всё это сейчас. Ведь я была права, а он жестоко в тебе ошибся, хотя и не желал этого. Не стоит гневаться на него из-за этого. Он помнит тебя совершенно другим.
-Я понимаю это, - сын плотника опустил глаза. - Я разделяю его чувства. Я и сам не рад этому. Что всё случилось именно так, но ты права - я изменился. Я уже не тот парень, который покинул Теранос в компании Георга 18. Тог Генри умер. Он долго держался. Смог пережить погоню по заснеженным полям плечом к плечу с Дочерью Прибоя, смерть отца и Родины, сложный путь на север, кошмар, устроенный Арлоком, и нападение румарийцев, но лишь благодаря Данае. Её любви, её пониманию и заботе. И когда её не стало, не стало и прежнего Генри. Он погиб, исчез и больше никогда не вернётся.
Вы должны это принять. Принять меня таким, каким я стал. Я сожалею о том, что случилось на холме. Я ругаю себя за свои ошибки, но ничего с этим уже не поделаешь. Всё свершилось. Это невозможно изменить. Я лишь могу обещать, что такое больше не повторится. Надеюсь на это, стараюсь верить, но если вы не хотите видеть меня на троне, то я готов отойти в сторону. Уйти, сгинуть, раствориться. Как вы пожелаете.
-Никто этого не хочет, - вздохнула Алия, коснувшись опухшей половины лица. - Мы многое обсудили вчера. О многом поговорили. Здесь были и Аролик, и Усуф, и Кесида, но все мы пришли к одному выводу. Ты - король. Георг сделал свой выбор, меч Закона поддержал его. Аролик понимает это, ведь он считает тебя единокровным сыном Георга, а не его названным сыном. Усуф принял всё, как данность - он присягнул тебе на верность. Кесида немного зла на тебя за то, что ты поднял на меня руку, но она старается понять. То, что произошло, останется между нами. Не уйдёт в народ. Мы не корим тебя за ошибки, а стараемся понять. Ведь ты многое потерял. Потерял важную часть своей жизни, но это твоя жизнь, твой выбор. Ты просто должен оставаться достойным правителем.