-Ей уже не помочь. Я просто хочу попросить тебя, чтобы ты приглядела за ней. - Усуф не отводил взгляда от бескровного лица своей любимой, не убирая рук от посиневших губ. - Просто оберегай её покой. Прошу тебя. Ради меня.
-Хорошо, Усуф, - Аврора присела рядом с ним. – Я сделаю. Ты вернёшься в город?
-Вернусь. У меня есть ещё долги, которые необходимо вернуть, пока не поздно.
-Тогда, может быть, вам с твоим другом дать коней? Солдаты тут обнаружили нескольких. Видимо, они бежали из горящего города.
-Будет замечательно. Мы и так потеряли уйму времени, пока шли сюда.
Аврора окрикнула одного из воинов, и через пару мгновений он привёл двух скакунов.
-Удачи, Усуф. Тебе и твоему другу, - Аврора кивнула в сторону стоящего неподалёку Яна.
-Это мой брат, - седлая коня, ответил гурк.
-Удачи, - повторила Аврора, но затем резко подалась вперёд, коснувшись бедра уже сидевшего в седле гурка. – С Ароликом всё хорошо?
-Последний раз, когда я его видел, он был в полном порядке, - ответил Усуф.
-Спасибо, Усуф. Удачи тебе, генерал.
Девушка отошла в сторону, а гурки пришпорили коней.
-Так, значит, генерал Усуф, - произнёс Ян, когда они уже покинули лагерь унбаргов. - Горжусь тобой, братишка.
-Это лучшее, что я слышал за последние пару дней. Рад, что я добился твоего уважения.
Кони мчали их в сторону разгорающегося Римарура. Впереди ждала битва, из которой они, может, и не вернутся, но долги должны быть возвращены.
Глава 15. Полыхающая столица.
Генри сидел на земле, смотря вдаль. День подходил к концу, а это означало, что очень скоро начнётся битва. Основные силы унбаргов ворвутся в Римарур и сравняют его с землей, положив конец войне, в которой они не желали участвовать.
Совсем немного времени оставалось до новой встречи с Амасисом, которая, очень вероятно, может оказаться для него смертельной. Он не был уверен, что у него хватит сил сразиться с человеком, имеющим такую силу, и выйти из этого поединка победителем. Даже несмотря на то, что в руках короля могущественный артефакт, сил и умения недостаточно, чтобы распорядиться им как следует. Пусть ему и твердили, что он сильнее и могущественнее Амасиса, Генри в это слабо верил.
Король обнажил меч Закона, посмотрев на переливающееся в лучах заходящего солнца лезвие. На клинке начали проявляться картины прошлого, будто клинок рассказывал историю своей жизни.
Генри видел высокого, широкоплечего кузнеца, который ковал это оружие. На лбу выступила испарина, будто он сам окунулся в жар кузнечного горна. Затем перед взором промелькнули улицы горящего Теманоса и Генри 1, что нёс меч в своих руках, ведомый желанием свергнуть тирана и принести народу долгожданную свободу. Перед ним проплывали лица десятков королей, которые владели клинком. Кто-то из них был достоин благородного оружия, кого-то он просто терпел, потому что так было надо.
“Ты достоин трона, Генри, сын плотника, - прозвенел в голове металлический голос. - Я не зря выбрал тебя. В твоих руках сила, способная сокрушать горы. В твоих жилах течёт кровь могущественных правителей прошлого. Ты и только ты достоин всей моей силы, и ты сможешь её разбудить”.
“Если бы я знал, как это сделать, - мелькнуло в голове короля. - Я даже не догадываюсь, как такое вообще возможно”.
“Придёт время, и сила сама проснётся. Не стоит торопить события. Сегодня не тот день. Ты сможешь одержать победу и без этого”.
“Я ничего не могу противопоставить Амасису. Я слабее его”.
“Это тебе только кажется. Одно то, что ты держишь в руках оружие королей, даёт тебе не сравнимое ни с чем могущество. Пойми, что твоя сила в вере. Верь, и ты одержишь победу”.
“Я уже не знаю, во что мне верить. Я потерял всё, что мне было дорого. Разве можно поверить после этого хоть во что-то?”
“Можно, Генри. Вера не погибает. Она живёт, пока бьётся твоё сердце”.
Генри вздохнул и вложил меч в ножны. На сегодня достаточно разговоров с оружием. Успеет ещё наговориться, когда пойдёт в бой. Осталось совсем немного.
Прохладный ветер подул с моря, принося очищение и спокойствие. Тело расслаблялось, а дурные мысли уходили прочь. Не стоит предаваться отчаянью, когда перед тобой длинный и тернистый путь. Надо ступать уверено, веря в каждый свой шаг. Король не имеет права на отчаянье, ведь если он отступит, то не сможет вести за собой поданных. Вера - это единственное, что должно быть у правителя. Вера в собственные силы и умения. Он не имеет права на слабость. Слабость - это удел проигравших.
Генри закрыл глаза. Перед ним проносились картины собственного прошлого. Он вспоминал своё детство в Тераносе, маму, отца, Рональда. Он вновь прижимал к своей груди Данаю, но горечь предательства не давала успокоиться. Король до сих пор корил себя за слабость, которую проявил. Необходимо было отпустить Алиру, но у него так и не получилось.