Генри обхватил рукоять меча Закона, и сила начала возвращаться в его тело. Он почувствовал, как она наполняет мышцы. Боль отступала, а на её место приходила решимость и желание отомстить за смерть Алиры. Сегодня он закончит начатое. Он повергнет в прах Румарийскую Империю. Он закончит эту проклятую войну.
Не стоит тянуть, - король шагнул вперёд, перехватывая удобнее меч. - Время уходит. Враг может опомниться. Мы должны действовать прямо сейчас. Мы идём на штурм дворца!
Воины, окружившие его, громко закричали и ринулись вперёд, сминая разрозненные и разбитые ряды легионеров, пробиваясь вперёд, начиная штурм дворца.
-Я отомщу за тебя, - прошептал король Генри и пошёл вперёд, ведя за собой верных подданных.
Глава 17. Я буду мстить!
Юлиана быстро облачилась и покинула комнату Мартелла, направившись в свои покои, обходя толпящихся и сходивших с ума людей. У неё была цель, и она стремилась вперед, не оборачиваясь, идя так, как и положено идти дочери Императора. Лишь вперёд, высоко подняв голову и не обращая внимания на копошащихся под ногами червяков.
Если бы она была хоть немного повнимательнее, то увидела бы облачённого в чёрное мужчину, который преследовал её, стараясь не подбираться слишком близко, оставаясь в тени.
Она бы могла заметить, как он, не выпуская её из виду, постоянно озирался по сторонам, явно не желая быть замеченным. И она бы точно почувствовала, как он притаился в ближайшей к ее комнате нише, жадно глядя, как она входит в свою комнату.
Но её мысли были далеко.
Первым делом Юлиана наполнила кубок вином и скинула с себя верхнюю одежду, оставшись лишь в льняной рубахе и облегающих штанах. Подбитые сталью башмаки легионера она закинула в дальний угол комнаты и блаженно растянулась на мягком кресле, потягивая терпкое вино и пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.
Она старалась уговорить себя, что для переживаний нет повода. Убедить себя в том, что Амасису ничего не угрожает. Он ведь опытный и прошедший не через одну битву воин. Он обязательно вернётся к ней и, взяв за руку, уведёт из этого города. И тогда они будут счастливы. Будут рядом до конца своих дней.
Дверь резко распахнулась, и в комнату вошёл облачённый в чёрный балахон мужчина с накинутым на голову капюшоном. Высокий и широкоплечий, он вселял в душу лишь страх. Незнакомец закрыл за собой дверь, подперев её стулом.
Юлиана вскочила со своего кресла и кинула в наглеца кубок. Незнакомец лишь злорадно рассмеялся, отбив рукой снаряд девушки, и от этого смеха по спине побежали мурашки. Она узнала этот жуткий, наводящий ужас смех.
-Хорошая попытка, девчонка, - Марк Минуций Руф откинул с лица капюшон, посмотрев на дочь Императора жадными глазами. - Но вряд ли тебе это поможет. Оружия у тебя нет. Твой благоверный сейчас далеко. Город сходит с ума, и до таких, как мы, никому сейчас нет дела. Ты полностью в моей власти. Сегодня ты наградишь меня своим вниманием.
-И не подумаю!
Юлиана запустила в палача кувшин и ещё пару кубков, которые были играючи отбиты. Руф неуклонно приближался, улыбаясь всё шире и шире. Было в этой улыбке что-то жуткое, заставляющее сердце замереть в ожидании неизбежного.
-А я и не собираюсь спрашивать твоего мнения. Я лишь возьму то, за чем пришёл. Твоё молодое тело. Слишком долго я об этом мечтал. Слишком долго ждал подходящего случая и не собираюсь упускать такую замечательную возможность. Все стражники заняты более важными делами. Дворец наполнен таким ужасом, что твоих криков, как бы ты ни старалась рвать глотку, никто не услышит. А к тому времени, как все успокоится, я закончу своё дело и покину этот поганый город. Больше меня ничто не будет здесь держать.
Юлиана кинулась в сторону, надеясь спрятаться за столом, закидывая приближающегося Руфа кубками и столовыми приборами, но всё было бесполезно. Румариец в пару прыжков оказался рядом и схватил девушку за руку, притянув к себе.
Юлиана отбивалась как могла: пиналась, кусалась, пыталась выкручивать сильные руки, но всё без толку. Руф лишь громко смеялся и бесцеремонно ощупывал её, не обращая внимания на проклятия и пинки.
-А ты и впрямь хороша, - похотливо облизнув губы, произнёс палач и резким движением сорвал с девушки рубашку. - Конечно, я видел формы и аппетитнее, но и так сойдет. Нет ничего лучше, чем осознание того, что ты взял дочь Императора. Ради такого можно смириться и со скудностью тела.
-Отпусти меня, животное, - слёзы потекли из глаз девушки. Рука, за которую её держал Руф, нещадно болела, а ноги были уже отбиты, но палач и не думал отступать.
Он закинул девушку на плечо и направился к кровати, смеясь всё громче и громче, видимо забавляясь над попытками вырваться из стальных объятий. Он резко кинул Юлиану на кровать, одним резким движением сорвал с неё штаны и накрыл собственным телом, перекрыв все пути к отступлению.