-От кого ты пытаешься защититься? - подозрительно сощурившись, проговорил Мартелл. – Неужели ты собиралась пырнуть ножом меня, если я решу сразу перейти к делу?
-Нет, что ты, - невинно улыбаясь, ответила девушка. Она грациозно соскользнула с кровати и, сделав пару шагов, оказалась рядом с легатом, удобно устроившись на его коленях. - Просто меры предосторожности. Вдруг кто другой решит зайти, чтобы овладеть мной.
-Кто же может заявиться в мою комнату, кроме меня?
-Мало ли, - девушка заскользила взглядом по обнажённой груди возлюбленного, а затем провела по ней тоненькими пальчиками, зазывающе улыбаясь. - Ну что, насмотрелся? Понравилось тебе зрелище?
-Не очень, - соврал Амасис. – Отвратно и неприятно. Залили кровью всю площадь, а люди кричали, будто обнюхались каких-то благовоний. Совсем не интересное зрелище. Я подобного насмотрелся в Гурдии.
-Понимаю, - прошептала Юлиана, продолжая поглаживать его грудь. - Чем же можно удивить видавшего виды легата?
-Много, чем. Не связанным с убийствами, - он сомкнул руки на её талии и придвинул поближе, покрывая поцелуями плечи.
-А я способна тебя удивить?
-Ещё бы, - тихо прошептал он ей на ухо. - Ты удивляешь меня каждый день. И каждый раз всё больше. Стоит подумать, что ты продемонстрировала всё, что можно, как ты показываешь что-то новое.
-Я могу. И сейчас готова продемонстрировать.
-Весь в нетерпении, но есть одно но.
-Что ещё за но? - Юлина отстранилась, подозрительно смотря на легата. - Уж не хочешь ты сказать, что это будет последнее, что я смогу тебе показать?
-Даже и не думай об этом. Не дождёшься. Я хотел бы поговорить о нашем разговоре. О том, который мы вели перед тем, как я ушёл на площадь.
-Я всё прекрасно поняла, Амасис. Не стоит. Ты холоден, как кусок льда, но меня это пока устраивает. Если перестанет, то я сообщу.
-Не стоит так говорить. Пока я шёл с площади, то о многом подумал. Смотря на казнь, я понял одно - жизнь слишком коротка, чтобы вот так вот её прожигать. Я осознал, что часто думаю о тебе. Это сложно назвать любовью, конечно, но я и не могу чувствовать, подобно другим. Я понял, что слишком привязался к тебе и уже не представляю свою жизнь без тебя. Я пойду на любую низость, лишь бы ты осталась рядом со мной. Понимай это,как хочешь, но я не отпущу тебя ни за что. Буду рядом с тобой и не брошу, даже несмотря на то, что разучился чувствовать.
-Это занимательно, - Юлина широко улыбнулась. - Какое интересное признание. Я тебя не люблю, но буду использовать, пока не умру. Я приму тебя любым, пойми это. И подобное меня вполне устраивает, Амасис. Мне достаточно того, что ты не собираешься меня отпускать. А что ты ко мне чувствуешь - это уже не важно. Надеюсь, ты не сильно будешь обижаться, если я иногда буду гулять. Так сказать, проветривать голову.
-Что ты имеешь в виду? - Мартелл подозрительно посмотрел на девушку.
-Ты меня понял. Если ты мне немного надоешь, я схожу в казарму, а затем вернусь к тебе.
-Будем надеяться, что это свершится не так скоро.
-Ой, да ладно тебе. Ты тоже не праведник. Сколько девушек у тебя было до меня?
-Достаточно, чтобы устать.
-Ах ты, гад, - она шутливо ударила его в грудь. - Достаточно, чтобы устать. Да ты поражаешь меня всё сильнее.
-Это очередное признание?
-Может быть.
Она прильнула к нему, запуская руки в чёрные волосы.
-Сегодня ты устанешь, как никогда до этого.
-Очень на это надеюсь, девочка моя.
И они слились в страстном поцелуе, совершенно не задумываясь о том, что ждёт их в будущем. Им не было дела до того, что уготовила судьба. Они просто наслаждались друг другом до умопомрачения, вбирая в себя каждое мгновение, проведенное вместе, сливаясь в одно целое и укрепляя свою связь. Нити их судеб переплетались, образуя крепкие, не способные разорваться, узлы. Лишь смерть могла разделить их, но они гнали её, не подпуская ни на шаг.
Они наслаждались, так как знали, что вскорости должны расстаться, неизвестно, на какой срок. Впереди у них была долгая дорога, которую они собирались пройти рука об руку, не отступая перед бедами и невзгодами.
Легат покинул свою комнату в самый тёмный час ночи, чтобы, наконец, подумать в тишине, пытаясь понять самого себя.
Амасис шел по улицам засыпающего Римарура и думал. Он вновь и вновь прокручивал в голове одни и те же мысли, и легче от этого не становилось. Он отчаялся понять, чего же он, в конце концов, хочет. Что заставляет его двигаться вперед этой дорогой? Что подталкивает на путь, по которому он не хотел идти с самого начала? Он давно перерос юношеские мечты, перестал стремиться к недоступному, четко осознавая, до чего в этом мире возможно дотянуться, а до чего - нет. Он больше не грезил нелепыми ожиданиями чуда, понимая, что пока ты сам не приложишь руку, то ничего не добьешься.