Как он хотел быть сейчас рядом с ней: обнять, прижать к груди, прошептать на ухо слова любви и больше никогда не отпускать, уберечь от бед и невзгод, как это когда-то делал её отец,Дарлин.
Сейчас она была далеко от возлюбленного, потерявшая самого близкого сердцу человека - родного отца. Лишь Алия, которая никогда не спускала с неё глаз, была рядом. Генри надеялся, что возлюбленная его младшего брата поможет дочери капитана пережить разлуку с любимым, не даст сойти с ума от одиночества.
На Генри давили стены дворца, в котором он пребывал. Ему надоело и море, которое было его спутником долгие дни. Сейчас он как никогда хотел оказаться рядом с Данаей, чтобы пройтись с ней по полям, прогуляться по лесу Единорога и встретить рассвет, крепко прижав её хрупкое тело к своей груди. Но он был далеко, и, даже если выдвинется прямо сейчас, окажется рядом с любимой не скоро.
Тихий стук заставил вернуться в реальный мир. Король Унбаргии разрешил войти. Дверь отворилась, и на пороге появился Роткир, облачённый в богато украшенные одеяния. Волосы тщательно уложены, а лицо вымыто и выбрито. Теперь он походил на наследника Генрихстона.
-Нам пора, Генри, - генрихстонец поклонился. - Тебя ждут.
-Тогда не будем тянуть, - кивнул в ответ унбарг, перекидывая через плечо ножны с мечом Закона. - Куда мы направляемся?
-В подземелье. В одну из самых глубоких комнат. Пусть острова и являются оплотом спокойствия и независимости, но рисковать тоже не стоит. Созидатели не дремлют.
-А Усуф? - поинтересовался Генри, когда они проходили мимо дверей, ведущих в опочивальню гурка. - Он будет крайне недоволен, что мы ушли без него.
-Ему сейчас не до этого, - усмехнулся Роткир, беря висящий на стене факел. - Он спит сном младенца. Я не говорю, что он нам помешает, но его присутствие не обязательно. Так что пусть отдохнёт. Ты в безопасности, Генри. Надеюсь, он это прекрасно понимает.
-Надеюсь, - эхом ответил унбарг и замолк, рассматривая коридоры, не переставая думать о Данае.
Они миновали один коридор, затем свернули в следующий. Роткир вёл короля запутанным лабиринтом, из которого не так уж просто и выбраться, если ты оказался в нём впервые. Лишь благодаря знаниям наследника Генрихстона, они шли, не задерживаясь ни на минуту.
Когда за спиной осталось по меньшей мере два десятка коридоров: широких, узких, длинных, прямых или извилистых, унбарг и генрихстонец вышли к винтовой лестнице, исчезающей в темноте подземелья. Роткир направился вниз, поманив Генри за собой.
Ступени растворялись во мраке, уводя крадущихся всё глубже и глубже.
Унбарг опасливо озирался по сторонам, то и дело хватаясь за рукоять меча Закона. Так становилось спокойнее, хоть и самую малость.
-Ещё совсем немного. - разорвал тишину Роткир. Голос отразился от стен, а эхо понеслось вниз, обгоняя неспешно идущих людей.
-Не стоит бояться и переживать. Я первое время тоже сильно нервничал, когда спускался сюда. Жуткое место. Поговаривают, что здесь находят своё пристанище духи прежних правителей.
-Жутковатое. - тихо ответил Генри, но эху хватило и шёпота, чтобы подхватить слово и, неузнаваемо исказив, унести во мрак подземелья. Унбарг попытался успокоить дрожь в теле.
-Ну, вот мы и на месте.
Роткир замер, водя из стороны в сторону своим факелом. Скудный свет упал на невзрачную, ничем не примечательную дверцу, которую наследник и открыл.
Небольшая, освещённая парой факелов комната. В центре возвышается гладко отполированный постамент, напомнивший унбаргу тот, который он видел в самом сердце Светлого леса. На постаменте стояла пара кубков и несколько связок какой-то травы. Весь пол и стены были изрисованы непонятными символами, а прямо напротив входа стоял король Равен с накинутым на лицо капюшоном.
Рядом с королём Генрихстона стоял ещё один человек. Старец в белоснежном одеянии, с седой бородой и волосами до плеч. Увидев его,унбарг замер, отказываясь верить своим глазам.
-Ты?.. - только и смог выдавить из себя король Унбаргии, подавшись вперёд и схватившись за рукоять меча Закона.
-Не стоит, друг мой, - перехватывая руку унбарга, произнёс Роткир. – Авал тебе не враг, хоть ты и считаешь по-иному. Он на нашей стороне и давно доказал свою преданность былым властителям Ардорина.
-Но он…
-Завёл тебя в чащу Большого леса и хотел обречь на смерть? – склонив голову набок, произнёс старец. – Не буду спорить, что такое было, Генри. Но прошу понять меня. Я делал всё необходимое, чтобы были пройдены первые шаги на пути к свободе Ардорина.
-Вот только меня об этом забыли спросить, - недовольно буркнул унбарг, убирая руку с меча. – Сначала бросили в пламя, а затем протянули руку, чтобы предложить помощь.