“Не судьба жестока, слаб человеческий дух.”
Эта фраза была путеводной звездой абсолютно всех унбаргов последние годы. Слова, сказанные самым величайшим из всех правителей прошлого. Слова основателя первой династии правителей, сильнейшего из сильнейших, нашедшего в себе силы объединить разрозненные народы. Собрать всю их мощь в кулак и опрокинуть некогда сильного и непобедимого врага – племена лагронов.
Он смог ослабить их, обескровить их армии, чтобы затем его наследники развеяли остатки враждебного племени и зажили достойно. Но то были дела давно минувших лет, и свидетели подобного величия давно канули в небытие, оставив после себя лишь хроники, которые и помогли сберечь память, пока не сгинули в морской пучине вместе со всей Родиной.
Но нашлись люди, которые помнили каждую страницу, каждую строчку, каждую букву. Им-то и оказали величайшую честь - восстановить летописи унбаргского королевства.
Настанет день, и Унбаргия вновь обретёт былую славу, а пока надо лишь набраться сил и не отступать. Отступление - удел слабых, а среди унбаргов таковых нет. Жесткость судьбы закаляет даже мягкую и хрупкую женскую душу, но не изничтожая доброту под корень. Ведь как ни жесток мир, его нельзя ненавидеть, а необходимо лишь понять и принять как есть.
Этому принципу следовала Даная - возлюбленная короля и его жена. Она свыклась с мыслью, что жестокость судьбы - это неотъемлемая часть жизни, но всегда надеялась на лучшее.
Она привыкла к этому. Сначала она мечтала, что мать будет всегда рядом, затем, что младший братик вырастет и назовёт её сестрёнкой, но судьба решила иначе. Ей пришлось смириться, пусть и сквозь слёзы. Затем она ждала возвращения отца из бесконечных морских походов, пока не стала достаточно взрослой, чтобы сопровождать его в странствиях. Но пришлось принять и то, что отец не будет жить вечно, и у судьбы на его счёт другие, неведомые ей, планы.
Теперь она ждёт возвращения своего возлюбленного, своего мужа - последнего родного человека, оставшегося у неё в этом мире...
Некогда это было прекрасное дерево. Стройное, красивое, играющее с порывами мягкого ветра, шурша своей листвой. А в его тени, скорее всего, коротали жаркие летние дни пробегающие мимо животные, но это было давно.
Когда и при каких обстоятельствах оно покорилось стихии, Даная не знала, да и не хотела знать. Она просто искала спокойное место, чтобы провести время в одиночестве, а поваленное деревце оказалось как раз кстати.
Удобно устроившись рядом с ним, сжавшись в комок, подобно уставшей кошке, обхватив колени руками и положив на них голову, она закрыла глаза, вспоминая прошлое и сетуя на жестокую судьбу. А она покидала её немало, хотя начиналось всё прекрасно.
Любящая мать, отзывчивый отец и ожидание братика или сестрёнки. Даная помнила эти дни, будто это было вчера. Мама просто сияла, была счастлива, как никогда, и такой она не помнила её до этого. Да и отец не отставал, радуясь, подобно ребёнку, не упуская возможности покрепче прижать к себе то жену, то дочурку.
Но счастье и радость, как обычно бывает в этом жестоком мире, быстро заканчиваются. Этот день впечатался в память Данаи, будто выжженное калёным железом клеймо…
Был дождливый вечер десятого дня Копья - разгар зимы. Время проливных дождей, резких ветров и слякоти под ногами. Обильных и продолжительных снегопадов Родина не знала. Снега, самое большее, держались неделю не тая, но такое случалось лишь в самые холодные, по унбаргским меркам, зимы…
Но тот год выдался достаточно тёплым. Лишь холодный ветер и обильный дождь, но в доме Дарлина было тепло, если не сказать - жарко.
Даная сидела на мягком, удобном и самом любимом во всём доме диванчике, положив маленькую головку с растрёпанными чёрными волосами на ноги любимого и обожаемого отца. Они сидели молча, даже не переглядываясь, ожидая, когда из соседней комнаты выйдет бабка-повитуха и разрешит навестить уставшую маму и новорождённого.
Даная старалась забыться, чтобы не обращать внимания на мамины крики, но продолжалось это не так уж и долго.
Очень скоро крики прекратились, а их заменил пронзительный визг новорождённого. Даная села. Отец с нетерпением поднялся на ноги и заметался по комнате. Пару минут спустя, вышла повитуха - невысокая, пожилая женщина с растрёпанными седыми волосами. Лицо её было чернее тучи.
Она подошла к Дарлину и, опустив глаза, что-то прошептала ему на ухо. Что именно, Даная не расслышала, но резко изменившееся лицо отца ей очень не понравилось. Плохие мысли девочка от себя активно гнала, надеясь лишь на лучшее, ведь она была всего лишь ребёнком, безоглядно верящим в чудо.