- Наши охранные грамоты пропали, - устало объяснил я. – Они были у меня здесь, в ножнах.
- Может быть, они просто выпали, - предположила девушка.
- Нет, - покачал головой я. - Они там очень плотно сидели. Их можно было вытащить оттуда только целенаправленно.
- Кажется, впереди будет пост проверки, - сообщила Боадиссия. - Я слышала об этом вчера вечером.
- Несомненно, бумаги украл вор, - заявил я.
- Но мы всегда были рядом, - напомнила девушка. - Как он это сделать?
- По-видимому, это сделал некто очень опытный и хитрый, и знавший что и где надо искать. У него, наверняка, даже был инструмент для извлечения бумаг.
- Клинок был в ножнах, не так ли? - уточнила Боадиссия, - а ножны всегда при Тебе?
- Да, - кивнул, - ножны всегда были на ремне, переброшенном через моё плечо. Чтобы вытащить бумаги вначале требовалось вынуть меч, а после извлечения бумаг, поместить клинок на место.
- А зачем меч-то на место вставлять? - удивился Хурта.
- Да чтобы отсутствие бумаг не было обнаружено немедленно, - объяснил я. - Я бы и дальше оставался в неведение, не имей я привычку, утром всегда проверять, как оружие выходит из ножен.
Эта привычка, выработанная у воинов за долгие годы, кому-то может показаться, ненужной и банальной. Но дело даже не в том, что воину необходимо постоянно практиковаться в выхватывании клинка, ведь не секрет, что первый обнаживший меч, будет первым, кто нанесёт удар, но ещё и в том, что свойства кожи ежедневно меняются. Под действием температуры и влажности, материал ножен может сократиться или разбухнуть. Воин, если он не самоубийца, должен быть готов к таким изменениям. Бывает и такое, тайный враг мог подклинить или даже закрепить клинок в ножнах, такими средствами как маленькая деревянная щепка или клин, или тонкая проволока, закрепленная петлей под гардой. Проверка лёгкости выхватывания меча, связанная, прежде всего, с проверкой сопротивления ножен, является маленькой, но редко пренебрегаемой практикой во владении оружием.
- Но это кажется невероятным, - заметила Боадиссия. – Разве есть кто-то, кто мог бы сделать подобное на глазах у всех?
- Кое-кто из воинов, мог бы сделать, - ответил я. - Многие краснокожие, наверняка сделали бы это с лёгкостью.
- Но кто мог сделать это здесь? - спросила девушка.
- Какой-нибудь вор, - буркнул я, - достаточно квалифицированный, что достоин даже метки воров Порт-Кара, хотя я сомневаюсь, что он имеет её.
Воровская метка представляет собой, три крошечных остроконечных клейма, выжженных на правой скуле. Эту отметину носят членов Касты Воров в Порт-Каре. Это, кстати, единственный город, в котором, насколько я знаю, признана каста воров. Они даже гордятся своим ремеслом, часто передаваемым от отца к сыну. Среди воров существуют различные привилегии, связанные с членством в этой касте. Если Ты - профессиональный вор и член касты, то Ты защищён от того, чтобы быть выслеженным и убитым другими членами касты, которые склонны ревниво относиться к различным территориям и прерогативам. Кстати, вполне вероятно, что именно благодаря касте воров в Порт-Каре воровства намного меньше, чем в большинстве городов сопоставимого размера. Они регулируют свою численность и специализацию почти теми же методами, которым во многих городах, это делают представители других каст, таких как кузнецы или портные.
- Фэйка! - позвала Боадиссия.
- Да, Госпожа? - испуганно отозвалась та.
Моя соблазнительная рабыня немедленно встала на колени, поскольку к ней обратился свободный человек.
- Ты видела что-нибудь? – спросила у неё Боадиссия.
- Нет, Госпожа, - ответила Фэйка, склонив голову.
- Глупая рабыня, - раздражённо бросила девушка.
- Да, Госпожа, - прошептала Фэйка, не поднимая глаз.
- А эти бумаги необходимы на посту проверки? - поинтересовался Хурта.
- Вполне возможно, - пожал я плечами. - Мы уже поблизости от Ара. Я не знаю.
- Мне кажется сомнительным, что в этом лагере можно найти столь квалифицированного вора, - заметила Боадиссия.
- Я бы не был в этом так уверен, - проворчал я.
- И вообще, я думаю, что это Фэйка взяла их, - ни с того, ни с сего заявила Боадиссия.
- Нет, Госпожа! - крикнула Фэйка.
- Вот увидите, под пыткой она выложит всю правду, - сказала аларка.
В гореанском судопроизводстве законно добывать доказательства у рабов под пыткой. В действительности, так обычно и поступают.
- Пожалуйста, не надо, Госпожа! - заплакала Фэйка.
- Ей было бы трудно сделать это, - вступился я за свою рабыню, - всю прошлую ночь её руки были скованы у неё за спиной, чтобы на рассвете она могла бы разбудить меня интимным способом, не пользуясь руками.