- Господин? – спросила она.
Я отошёл к стене и повесил ключ на гвоздь вместе с остальными ключами. Там ему самое место, вне досягаемости от любого из рабских колец. К тому же, так их легче отследить, да и меньше вероятность того, что клиент случайно унесёт один из них. Кстати, цепей там не висело ни одной. Очевидно, они находились в пользовании клиентов, или как та, которую нашёл я, оставлены на полу. Я осмотрелся. Заведение показалось мне переполненным. Ита и Тиа как раз танцевали перед клиентом, вызванные туда надсмотрщицей. Мне вспоминалось, как танцевала Луиза. Надо признать, что получалось это у неё отлично. Интересно, могла ли когда-либо она, простая земная девушка, представить себе, идя по своим делам где-то на Земле, что однажды ей, придётся танцевать в гореанском борделе, имея на теле только рабский ошейник. Думаю, что нет. А ещё мне было очень интересно, что она могла подумать, когда некто рассказал бы ей о том, что её ждёт? Несомненно, она сочла бы такое предположение абсурдным или даже забавным. Но уже мгновение спустя, она, возможно, пожалела бы о своём недоверии, почувствовав плотно прижатую к её носу и рту пропитанную химическим составом ткань.
Похоже, этот вечер для заведения оказался весьма удачным. Действительно, этот бордель процветал. На мой взгляд, эта Людмилла, кем бы она ни была, разрабатывала в этом небольшом заведении настоящую золотую жилу. Во всяком случае, выручка этого вечера, вероятно, весьма её порадует.
Я возвратился к своей циновке, и ожидавшей меня на ней рабыне.
- Господин? - спросила Луиза, глядя на меня.
Я снял плеть с пояса, освободил ремни и недвусмысленно встряхнул ими.
- Я с Земли! – снова напомнила она.
- Колени шире, - скомандовал я, и земная девушку мгновенно подчинилась.
Я посмотрел на неё сверху вниз. Рабыня была невероятно соблазнительна.
- Вы же будете обращаться со мной мягко и с уважением, - предположила она.
- Что Ты будешь делать лёжа на циновке, землянка? – спросил я.
- Всё, что доставит удовольствие моему господину, - прошептала Луиза.
Я указал плетью на циновку, и рабыня мгновенно перетекла с колен на спину.
- Возможно, Ты хочешь меня заинтересовать, - заметил я.
- Пожалуйста! - взмолилась она.
- Шевелись, - поторопил я девушку, демонстрируя плеть.
И она начала двигаться на циновке, то переворачиваясь на живот, то снова на спину, то перекатываясь на бок, и поднимаясь на колени, или на корточки, извиваясь и выгибаясь, иногда замирая на мгновение или два в той или иной позе, чтобы я мог насладиться видом её прелестей, демонстрируя мне свою порабощенную красоту во всевозможных ракурсах и положениях. Она явно прошла некоторое обучение. В её глазах стояли слезы, а дыхание стало тяжёлым и частым.
Я слегка провёл ремнями плети, пощекотав её спину.
- Господин? – дрожащим голосом спросила она.
- И Ты всё это показываешь гореанским мужчинам? – поинтересовался я. -Если так, то я удивлен, что Тебя ещё не скормили слинам.
- Но Вы же с Земли, - заплакала Луиза.
- Так значит, Ты, рабыня, решила обмануть меня, и дать меньше? – уточнил я.
- Нет! - воскликнула она.
- Значит, Ты, рабыня, смеешь думать, что можешь вести себя по отношению ко мне, как типичная земная женщина ведет себя по отношению к мужчине землянину?
- Нет, - испуганно ответила она. - Нет!
- Ты думаешь, что можешь относиться ко мне, как типичные женщины Земли относятся к своим мужчинам? – спросил я.
- Нет, - заплакала рабыня. – Не-е-ет!
- Ты когда-нибудь чувствовала рабскую плеть? – поинтересовался я.
- Да, Господин, - испугалась она.
- Ты хочешь снова пережить те же ощущения сейчас? – спросил я.
- Нет! Господин! – воскликнула невольница.
- Тогда работай, - приказал я.