- Они всё ещё здесь, - раздражённо бросил Минкон.
- Я так понимаю, Ты уже видел их прежде, - заметил я.
- Дважды, - буркнул он.
- Понятно, - протянул я.
- Для того чтобы попасть в место назначения, не обязательно проезжать это место, - зло проворчал Минкон.
- Получается, Ты знаешь Торкадино? – спросил я.
- До некоторой степени, - ответил возница.
- Но мы следовали за знаками, - заметил я.
- Конечно, - сказал он, с горечью в голосе.
Я понимающе кивнул. Понятно, что это зрелище было предназначено для тех, кто приходит в Торкадино, или покидает его.
- Кто они? – полюбопытствовал я.
- Члены высшего совета, и малых советов, и некоторые из их сторонников, кто поддерживал союз с Аром, - объяснил Минкон.
- Я так и подумал, что могли быть именно они, - признался я.
- Ты не считал их? – спросил возница.
- Нет, - ответил я.
- Их здесь больше двухсот, - сообщил он.
- Это очень много, - отметил я.
- Других тоже убили, - добавил Минкон, - просто, как я понял, их не сочли достаточно видными, чтобы вывесить здесь в качестве предупреждения.
- Понятно, - кивнул я, продолжая двигаться вдоль рядов этих страшных маятников. – К настоящему времени, учитывая прошлые недели, в Торкадино должны были уже доставить огромное количество продовольствия, - заметил я.
- Это точно, - согласился Минкон.
- Интересно, что Ар до сих пор не нанёс удар, - сказал я.
- Возможно, - осторожно сказал он.
- Ару всего-то нужно атаковать Торкадино и сжечь склады снабжения. В этом случае продвижение Косианских войск, замедлится, если совсем не застопорится. Такая операция сорвала бы и остановила вторжение, таким образом, давая Ару необходимое время на развёртывание и довооружение для последующих активных действий, в ходе которых они могли бы уже встретить врага лицом к лицу.
- Только вот армии Коса находятся поблизости, - осадил Минкон. – Прежде чем напасть на город, потребовалось бы, прорубиться сквозь них.
- Возможно, но есть и другие пути, - заметил я.
- Только не тарнсмэны, - усмехнулся Минкон.
- Возможно, не они, - признал я.
- В это время суток трудно рассмотреть, но небо над городом затянуто паутиной из тысяч противотарновых проволок, - пояснил Минкон. - Даже днём их бывает трудно увидеть. Но они там, уверяю Тебя.
Относительно этого я и сам нисколько не сомневался. Я видел опоры для проволоки на крышах нескольких зданий.
- Ворота Торкадино прочны, - добавил он. - Его стены высоки и крепки.
- Я это знаю, - кивнул я.
- Торкадино неприступен, - сказал Минкон. - Его невозможно взять штурмом.
- Но я-то знаю, как его можно взять, - пробормотал я себе под нос.
Боадиссия молчала. Фэйка и Тула, сидевшие сзади, также помалкивали. Осматривая улицы, я не мог не отметить, что они были не слишком переполнены. Торговец со своей повозкой, да девушку рабыня в короткой тунике. Она посмотрела на меня и сразу отвела взгляд. Под подолом её крошечной одежды почти бесспорно было скрыто только нагое соблазнительное тело и ничего больше. Именно в таком виде гореанские рабовладельцы обычно содержат своих женщин. Конечно же, Фэйка и Тула были одеты точно также. Это помогает женщинам не забывать, что они - рабыни.
Я оглянулся на Боадиссию, всё также не решавшуюся поднять головы. Она натянула свою длинную юбку до самых пяток. Таким образом она старалась скрыть верёвку на своих щиколотках.
- Через четверть ана мы должны прибыть к складам и начать разгрузку, -сообщил Минкон.
- Хорошо, - кивнул я.
11. Боадиссия решает нашими проблемы с финансами
- Возможно, Вы помните меня, - пристал ко мне какой-то мужчина.
- Нет, нисколько, - на бегу отозвался я.
- Ну как же, несколько дней назад, ночью, - намекнул он, - на Генезианской дороге, в одном из лагерей.
- Не припоминаю, - сказал я.
- Я - торговец с Табора, - напомнил он.
- Ах, да, - сказал я.
Действительно, это был тот самый толстый торговец с Табора, который так жёстко и невоспитанно был настроен вернуть подарок, который он совершенно добровольно, как я указал ему, передал одному товарищу, путешествующему со мной, Хурте, если мне не изменяет память.
- И как Ваши дела? – вежливо поинтересовался я, опасаясь, что ответ не будет положительным.
- Прекрасно, - заверил он меня, однако с некоторой горечью в голосе, как мне показалось.
- Рад это слышать, - сказал я.
Правда его поведение заставляло предлагать, и весьма недвусмысленно, что его фактическим намерением было поднять вопрос о некой новой обиде. У меня даже появились кое-какие подозрения, относительно того, каково это могло бы быть. Ну ладно, в таких ситуациях, следует вести себя дружественно и широко улыбаться.