- Я не могу поверить, что Ты говоришь мне это серьёзно, - призналась её дочь.
- Присмотрись ко мне, - велела ей мать. – На моём горле ошейник. И я не смогу снять его. И он держит меня на цепи вместе с другими. Я полностью раздета. Мужчины могут рассматривать меня, если и как пожелают. На моей груди цифры. Я номер 261 среди трофеев наёмников. И скоро меня продадут кому-нибудь. Так что, не говори мне, что я могу говорить, а что нет. Я, как и Ты, женщина на цепи!
- Мамочка, я боюсь, - внезапно призналась девушка. - Я так боюсь!
- Мы все боимся, - вздохнула женщина, прижимая дочь к себе.
- Я не знаю, что произойдет со мной, - всхлипнула девушка.
- И ни одна из нас этого не знает, - сказала мать.
- Я не хочу принадлежать, - снова заплакала девушка.
- А Ты подумай об этом с точки зрения мужчины, - предложила ей мать. -Ты очень красива. Подумай, сколько удовольствия получат мужчины от обладания Тобой. Подумай, насколько счастливыми их сделает это.
- И я тогда стану ценностью? - спросила девушка.
- Непременно, - пообещала ей мать. – Со временем ты сможешь даже стать сокровищем.
- Нет, Нет! - внезапно вскинулась девушка. - Мы ни в коем случае не должны думать об этом с точки зрения мужчин.
- Почему? - поинтересовалась женщина.
- Я не знаю! Но то, что нравится им, что доставляет им удовольствие, что делает их столь мужественными, столь властными и сильными, столь отличающимися от нас, должно отрицаться ими!
- Почему? - удивилась женщина.
- Я не знаю, - простонала девушка.
- Чтобы сделать их жалкими и слабыми, так, чтобы мы могли доминировать над ними? - уточнила мать.
- Я не знаю, - ответила девушка.
- Чтобы мы смогли притвориться, что похожи на них? – усмехнулась мать.
- Я не знаю, - повторила девушка.
- Будучи свободной женщиной, Ты могла бы, если бы вдруг захотела, по любой причине, из ненависти или зависти, ища власти, да неважно почему, попытаться сделать нанести им такую обиду, такое коварное и тяжкое оскорбление. Но теперь, моя прекрасная дочь, такие ужасные и нелепые поступки, за которые юридические наказания даже не прописаны, для Тебя смертельно опасны. Ты - рабыня, и для Тебя будет лучше даже не начинать думать об этом.
- Я боюсь быть рабыней, - призналась дочь.
- Как и все мы, - вздохнула мать.
- Я не понимаю рабынь, - сказала девушка.
- Скоро Ты поймёшь их даже слишком хорошо, - заметила мать.
- Почему так получается, что многие из них, не имея даже миски для их еды, ходя в жалких тряпках и ошейниках, кажутся самыми счастливыми из женщин, такими сияющими и довольными?
- У них есть владельцы, - объяснила ей мать.
- Мама, - робко позвала девушка.
- Что, доченька, - ободряюще сказала женщина.
- Этим утром, на Авеню Админиуса, я была вынужден назвать мужчину Господином, - сообщила девушка.
- Также сделали все мы, - успокоила её мать. - Это всего лишь один из способов приучить нас к повиновению, и к тому, что находимся ниже их.
- Произошло ещё кое-что, - прошептала она.
- Что? – поинтересовалась мать.
- Я должна была поцеловать плеть мужчины, - призналась она шёпотом.
- Уверяю Тебя, мы все сделали это, - заверила её мать.
- Но не это главное. Я боюсь говорить, - простонала девушка.
- Скажи мне, не бойся, - попросила мать, успокаивающе прижимая голову дочери к своей груди.
- У меня появились чувства, - призналась девушка. - Я никогда не чувствовала прежде ничего подобного.
- Я понимаю Тебя, - сказала мать.
- Я задрожала, когда почувствовала, как тугая кожа прижалась к моим губам, - сказала она. - Я, как предложено медленно, поцеловала и облизала это. А потом, посмотрев на мужчину, я увидел свирепость, силу, бескомпромиссную решимость в его глазах. И я снова согнулась и вернулась к прерванному занятию. И тут я почувствовала внезапное непонятное волнение. В моём животе появилась странная лёгкость и жар. Мои бедра запылали. Я почувствовал влагу внизу живота.
Её мать мягко поцеловала девушку и успокаивающе провела рукой по её волосам.
- Наверное, я - ужасный человек, - всхлипнула девушка.
- Такие ощущения совершенно естественны, - успокоила её мать. - Не стоит стыдиться их. Они говорят Тебе о том, кто Ты есть. Нет ничего неправильного в том, чтобы быть самой собой. Это прекрасно быть тем, кто Ты есть, независимо от того, чем это может оказаться.
- А у Тебя когда-нибудь были такие ощущения? - поинтересовалась девушка.
- Да, - призналась мать.
- В чем может быть их значение? - спросила напуганная девушка.
- Это очень просто, - улыбнулась мать.
- Что? - замерла девушка.
- То, что мы с тобой - женщины, - объяснила мать.
- Женщины? - переспросила дочь.
- Конечно, - сказала мать. - Такие чувства, потребности и связанная с ними беспомощность, естественны для нас. Не надо бояться их. Они говорят нам, кто мы.