- Пожалуйста! - взмолилась женщина.
- Нет, - отрезал я. - Разве Ты не хочешь, чтобы она знала, каким удовольствием и радостью Ты можешь быть для мужчины?
- Но я же её мать! – прорыдала она.
- Ты – всего лишь ещё одна женщина в ошейнике, - поправил её я. - И, скоро, вы обе разойдётесь каждая своим путём. Кроме того, я не думаю, что она ровня Тебе. Возможно, когда-нибудь она сможет сравняться с Тобой. Я не знаю. Возможно, Ты, в своей материнской любви, могла бы надеяться на это, и даже помочь с обучением, или дать совет. Однако в настоящее время, уверяю Тебя моя дорогая леди, именно Ты являешься тем призом, от которого сильные мужчины получат наибольшее удовольствие, увидев на животе у своих ног. Кто знает? Может случиться так, что, в конечном счете, вы обе окажетесь в одном и том же доме. Было бы интересно понаблюдать, как вы будете конкурировать друг с дружкой за расположение своего владельца. И меня нет ни малейших сомнений, что это Тебя, моя дорогая, а не её, будут чаще всего тащить за волосы на кровать хозяина.
Женщина тряслась от рыданий.
- Какие отношения были между Тобой и твоей дочерью? – поинтересовался я, но, не дождавшись ответа, продолжил: - Подозреваю, что весьма прохладные. Уверен, что твоя любовь к ней находила слишком слабый отклик в её сердце, что твои жертвы, твоя забота и усилия, вложенные в неё, в лучшем случае были не поняты или не оценены по достоинству. Не трудно догадаться, что её, как это обычно бывает, в тщеславии и эгоизме юности, по-видимому, неизбежных спутниках молодёжи, слишком мало беспокоили твои чувства, твоя реальность, как независимой женщины и человека. Едва ли она думала о Тебе с точки зрения этих понятий, или принимала Тебя таковой. Скорее всего, она, как правило, считала Тебя чем-то само собой разумеющимся, часто рассматривая Тебя немногим более чем удобство, инструмент и прибор, имеющийся в её мирке, немногим более чем свою служанку или спутницу.
- Нет, нет! – отчаянно запротестовала дочь, зато её мать не произнесла ни слова.
- Но всё это для вас обеих теперь осталось в прошлом, - объявил я.
- Да, - прошептала женщина.
- Вы - теперь только две женщины, - предупредил я, - каждая под опекой беспристрастного железа, и каждой предстоит встать на колени на рабский прилавок, и каждой в отдельности предстоит беспомощно подчиняться и выдерживать объективное исследование покупателей. Там не будет иметь никакого значения, что вы - мать и дочь. Скорее всего, вас даже продавать будут не поблизости друг от друга, а в соответствии с вашими номерами, или как это будет решено профессиональными работорговцами на основе их эстетических или коммерческих предпочтений. Там вас обеих предложат, оценят и купят, как двух разных животных, как отдельные, ничем не связанные предметы, просто как товары, исключительно на основании ваших собственных достоинств. И оттуда вы разойдётесь каждая своим собственным путём, скорее всего, чтобы никогда больше не увидеть друг друга снова, каждая на цепи своего собственного рабовладельца. Интересно, кто из них получит лучшую рабыню?
Я снова коснулся её тела, очень мягко.
- О-о-ох, - тихим стоном отозвалась она на мою ласку.
- Ну, так кто из вас будет лучшей? – поинтересовался я.
- Я не знаю, - ответила женщина.
- Мама! – зло выкрикнула девушка.
- А вот я не сомневаюсь, что, в конце концов, под соответствующим надзором сильных мужчин, Вы обе станете превосходными рабынями, -предположил я.
- Да, - почти неслышно шепнула женщина.
- Не исключено, что спустя какое-то время, Вы обе станете настолько изумительны, что будет затруднительно выбрать лучшую из вас, - заметил я.
На этот раз женщина ничего не сказала.
- Но теперь, нет никаких сомнений, кого из вас мне следует выбрать, -заявил я.
Девушка вскрикнула в гневе. Её мать отчаянно застонала, сжимая скамью.
- Ты можешь вообразить свою дочь в рабском шёлке? - спросил я женщину. - Ты можешь вообразить её в ошейнике, стоящей на коленях и повинующейся?
- Да, - прошептала женщина.
- Не говори так, мама, - взмолилась дочь.
- Ты можешь представить её голой, извивающейся в цепях, вскрикивающей и умоляющей о прикосновении мужчины.
- Да, - простонала женщина.
Дочь, закрыв лицо руками, вздрагивала от рыданий.
- Тише, дорогая, - сказала ей женщина. – Так всё и будет.
- Мужчины ужасны, - глотая слёзы, выговорила девушка.
- Нет, - ответила ей мать, - они - хозяева. Они - это они, как и мы -это мы.
- Я никогда не уступлю им, - заявила девушка, размазывая слёзы по лицу.
- Тогда Тебя просто убьют, - предупредила женщина.
Девушка задохнулась от ужаса и отпрянула, звякнув цепью.
- Я могла бы сделать вид, что отдаюсь им, - прошептала она.