- Ох, - вздохнул Хурта.
- Вот именно, - подчеркнул свои слова Гней.
- Боюсь, я не смогу посвятить Тебе свое стихотворение, - признал Хурта. - Ты встаёшь слишком рано.
- А, кроме того, - продолжил Гней, - я ещё и взыскиваю плату с тех, кто посвящает мне стихи.
- Что? – поражённо вскрикнул Хурта.
А мне понравился этот Гней. Он оказался неплохим парнем, даже не смотря на то, что происходил из Брундизиума.
- Серебряный тарск, - заявил он.
- Это очень дорого, - сказала Хурта.
- Именно такова моя обычная плата, - сообщил брундизиумец.
- А у нас есть серебряный тарск? - поинтересовался Хурта.
- Ты продал бы свои бесценные посвящения просто за деньги? – уточнил я.
- Никогда! – решительно заявил Хурта.
Это были верные слова. Я сохранил серебряный тарск, или его эквивалент в мелких монетах.
Гней Сориссиус тем временем поторопился обогнать нас и скрыться впереди.
- Какой негодяй, - прорычал Хурта, глядя ему вслед.
- Действительно, - признал я.
Мне даже стало жаль, что мне не удавалось обращаться с моим крупным другом, столь же аккуратно как это сделал Гней Сориссиус, пусть он и был из Брундизиума. Возможно, у него прежде уже были деловые отношения с поэтами аларов. Почему бы и нет?
- Возможно, в конце концов, мне придётся посвятить это стихотворение Тебе, - вздохнул Хурта.
- Смотри-ка мы уже дошли до края лагеря, - заметил я.
Поднявшись на небольшой холм, мы задержались, чтобы оглянуться назад.
- Насколько красиво он смотрится отсюда, - сказала Боадиссия.
Лагерь, раскинувшийся перед нами, на фоне стен Торкадино действительно представлял собой потрясающее зрелище.
- Думаю, - сказал оглянувшийся назад Хурта, - я сочиню новое стихотворение в честь этого настроения.
- А что относительно того стихотворения о тех, кто спит допоздна? – полюбопытствовал я.
- Думаю, что откажусь от него, - ответил он. - Тема тривиальна, и возможно не достойна моих усилий. Надеюсь, Ты не возражаешь?
- Нет, - облегчённо вздохнул я.
- Ты хороший человек, - сказал Хурта.
- К тому же это также решает твою проблему о его посвящении, - заметил я.
- Ага, а ещё я сохранил наш серебряный тарск, - вспомнил он, -возможно, Ты будешь столь же любезен, и разделишь этот серебряный тарск со мной поровну, как всегда.
- Очень хорошо, - буркнул я.
Алары, конечно, отнюдь не всегда дружат с математикой, зато многие из них – весьма крупные и устрашающие товарищи.
- Спасибо, - искренне поблагодарил меня Хурта.
- Не за что, - проворчал я.
- Вот видишь, как зачастую ловко можно сэкономить тарск! Эх, было два товарища, мы, возможно, спасли бы два тарска.
- Нет, - успокоил я его энтузиазм. – У Тебя было только одно посвящение.
- Ты прав, конечно, - вздохнул он. – Может, уже пойдём дальше?
- Подожди немного, - остановил его я.
- Что случилось? – полюбопытствовал алар.
- Ты ничего необычного в этом лагере не замечаешь? – спросил я.
- Ну красиво, конечно, - признал Хурта, - это даже Боадиссия заметила, хотя она только женщина.
- А больше ничего? - уточнил я.
- А что? – не понял он.
- Мы вне лагеря, - намекнул я.
- Ну и? – снова не понял он.
- С этой стороны нет никаких тыловых укреплений, - подсказал я, -никакой защиты вообще, даже мелкой канавы не выкопано, ничего, что могло бы защитить лагерь от нападения извне.
- Интересно, - задумался Хурта.
- Косианцы, очевидно не опасаются прибытия войск из Ара, для снятия блокады с Торкадино, - предположил я.
- И это кажется весьма странным, не так ли? - спросил Хурта.
- Скорее это кажется очень тревожным, - заметил я. - Я не понимаю этого. Это же не что иное, как вопрос элементарной военной предосторожности.
- Как они могут быть столь уверены, что Ар не пришлёт свои войска на выручку Торкадино? - поинтересовался Хурта.
- Не знаю, - пожал я плечами.
Однако я счёл такую деталь, как отсутствие внешнего ряда укреплений, наряду со многими другие виденными мной за прошлые недели, очень нехорошим сигналом. Это показалось мне полностью нелогичным с военной точки зрения. Это, как и отсутствие укрепленных лагерей вдоль дороги, и конвоирования продовольственных обозов, раньше казавшееся мне необъяснимым и странным, теперь, рассмотренное всё вместе, необыкновенно тревожило меня.
- И как Ты думаешь, чем можно объяснить это, - поинтересовался Хурта.
- Понятия не имею, - признался я. – Но они меня тревожат.
- Я думаю, что лучше бы Вам уходить отсюда подобру-поздорову, -заметил мужчина, проходивший мимо, ещё один беженец. - Если вас поймают здесь, то могут решить, что Вы бродяги или шпионы.