По оценке Гринвуда, «если относительное расположение головной части ракеты и штыря, изображённого на рисунке, соответствовало полёту в пределах атмосферы, то наклонная ударная волна от носовой части входила бы в отверстие трубопроводов тяги со скоростью 3 маха (то есть в три раза выше скорости звука)».
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ФОБОС: СБОЙ В РАБОТЕ ИЛИ ЗВЁЗДНЫЕ ВОЙНЫ?
4 октября 1957 года Советский Союз вывел на орбиту первый в истории искусственный спутник Земли, и человечество вступило на путь, который привёл его на Луну, а его космические зонды на окраину Солнечной системы и даже за её пределы.
12 июля 1988 года Советский Союз запустил беспилотный космический аппарат «Фобос-2», который, возможно, стал участником первых в истории человечества звёздных войн — не американской Стратегической оборонной инициативы (СОИ), получившей название «Звёздные войны», а настоящей войны с участием инопланетян.
«Фобос-2» был вторым беспилотным аппаратом, запущенным к Марсу; его собрат «Фобос-1» стартовал с Земли в июле 1988 года и был потерян — вероятно, из-за ошибки в команде управления — два месяца спустя. «Фобос-2» благополучно добрался до Марса и в январе 1989 года вышел на орбиту вокруг планеты. Это был первый шаг к намеченной цели — перейти на такую орбиту, чтобы лететь «в паре» со спутником Марса Фобосом (отсюда и название космического зонда) и исследовать его при помощи сложнейшего оборудования, включавшего два комплекта приборов, которые должны были опуститься на поверхность спутника.
Всё шло по расписанию, пока «Фобос-2» не поравнялся с марсианским спутником. Затем, 28 марта 1989 года Центр управления полётом сообщил о внезапно возникших «проблемах связи» с космическим аппаратом. Официальное советское агентство новостей ТАСС сообщило, что «Фобос-2» не связался с Землёй после того, как завершил облёт марсианского спутника Фобос. Специалисты из Центра управления полётом не смогли установить устойчивую радиосвязь.
Эти признания оставляли впечатление, что проблема не является неразрешимой, и сопровождались заявлениями, что специалисты Центра управления принимают меры, чтобы восстановить связь. Руководители советской космической программы и многие западные специалисты знали, что полет к Фобосу потребовал значительных финансовых затрат, стоил огромных трудов и был очень важен с точки зрения престижа. Запуск аппарата был произведён Советским Союзом, но сам проект стал результатом беспрецедентного международного сотрудничества тринадцати европейских стран (в том числе Европейского космического агентства и основных французских и немецких научных институтов), которые участвовали в программе официально, а также британских и американских учёных, внёсших в работу «личный» вклад (с одобрения своих правительств). Поэтому было вполне объяснимо, что поначалу «проблема» была названа потерей связи, которую можно восстановить за несколько дней. Советское телевидение и пресса преуменьшали серьёзность ситуации, подчёркивая усилия, которые предпринимались для восстановления связи с космическим аппаратом. Американские учёные, связанные с программой, не были официально информированы о природе возникшей проблемы и полагали, что потеря связи была вызвана сбоем в работе маломощного запасного передатчика, который стал использоваться после поломки основного.
Однако на следующий день, когда широкую публику все ещё уверяли в возможности восстановления радиосвязи, высокопоставленные чиновники Главкосмоса, советского космического агентства, намекнули, что на самом деле такой надежды нет. «С вероятностью девяносто девять процентов „Фобос-2“ потерян», — заявил в тот же день Николай Семёнов, но на его слова — то, что потерян не контакт, а сам аппарат — не обратили особого внимания.
30 марта в специальном репортаже из Москвы для «The New York Times» Эстер Б. Фрейн отмечала, что «Время», основная вечерняя программа новостей на советском телевидении, скороговоркой сообщила плохие новости о «Фобосе» и вместо этого сосредоточилась на исследованиях, которые космический аппарат к этому моменту уже успешно завершил. Выступавшие в программе советские учёные «продемонстрировали несколько изображений, но в то же время заявили, что ещё не ясно, какие ключи они дают для понимания Марса, Фобоса, Солнца и космического пространства».