Когда я зашел в каюту, то наткнулся на настороженные взгляды попутчиков. Открыв шкаф, обнаружил пустые полки – мои попутчики не озаботились что-нибудь поднять с пола станции, налегке были. Я положил баул и осмотрелся. Одна койка была пуста, я лег на нее и сказал соседям:
– Меня зовут Ворх Росс. Из жителей Фронтира. Освобожден из рабства. Если не будете лезть ко мне, долетим до пункта назначения нормально.
– Тут крыс нет, – оскорбился худой мужчина с тонким, немного лисьим лицом. – Я Гнат Ал, станционный техник. Часа два назад меня вырубили из шокера, когда я по приказу хозяев оборонял энергоустановки. Очнулся чуть позже, без ошейника и свободным.
Вот двое других представиться не посчитали нужным. Но Ал их знал и сообщил, что один – оператор грузовой платформы, им также хозяева станции владели, а другой – корабельный техник, принадлежал частнику, капитану одного из судов, что на момент атаки был пристыкован к станции. Это он принимал душ. Мужики, битые жизнью, у кого-то на родине семьи и родители остались, так что они надеялись вернуться домой. А некоторая заторможенность была из-за действия ошейника, вернее, это были уже его последствия, через неделю-другую они должны прийти в порядок.
Тут пришло сообщение, что меня вызывает привлеченный сотрудник СБ, работающий на борту. Пришлось топать к нему. Вот он меня допрашивал долго, больше часа, составляя досье. Вроде нигде не прокололся и ушел от него вполне довольным. Чуть позже тот и соседей стал вызывать по очереди.
Несмотря на мои сомнения в надежности соседей, никаких попыток ограбить они не предпринимали. Мы три дня простояли у станции, после чего вместе с конвоем отправились в империю Антран, к ее пограничной планете Ферра-2. Лететь до нее недели три, поэтому я решил заняться делом. Среди команды всегда имеются те, кто готов с некоторой скидкой прикупить интересные вещи. У меня в основном барахло было, но кое-что интересное все же имелось. Например, проверил планшеты: два были сломаны, но один я смог реанимировать и скачать память у второго. В общем, на одном из сломанных планшетов была такая коллекция порно, что даже у меня после просмотра мельком волосы зашевелились. Везде. Причем там было всё: гомо, традиционный, лесби, даже зоо и секс с инопланетянами. Все виды, и в таких количествах, что я понял: у меня на руках настоящее богатство. Любителей этой хрени хватало, значит, можно продать за неплохие деньги. Пока мы стояли у станции, добирая пассажиров, я скорешился с некоторыми военными матросами, все же транспорт был флотский, и вышел на третьего офицера судна. Это оказался тот самый офицер, что в мой приход проводил регистрацию.
Скука, во время полетов разбавляемая учебой в капсулах, может довести любого, так что искали интересы, и интерес к порно – это еще не самое страшное. Бывает и хуже. В общем, Берг, как звали офицера, был именно таким ценителем. Любитель, правда, не коллекционер, но главное, мог просветить меня насчет найденной мной коллекции. Именно Берг выступил посредником, он знал тех, кого могут заинтересовать мои файлы. Так что пока мы эти три дня стояли у станции, борт нашего судна посетили с три десятка человек, которым я сбрасывал копии своих файлов. Именно Берг мне продал банковский чип главного банка империи, и на него любители сладенького переводили деньги. Сам Берг взял свой процент копиями порно. В общем, за эти три дня я заработал порядка четырех сотен тысяч кредитов. Даже всю остальную мелочь распихал среди матросов. Штука всего получилась, но зато от барахла избавился. Теперь, имея деньги, я могу поставить себе и Артему вполне нормальные сети, даже что-то на базы ему останется, вот на усиливающие импланты уже не хватит. Да это не важно.
Больше ничем особо полет не запомнился. Разве что я попытал дока медсекции насчет возможности купить у него вторичную пилотскую нейросеть. Наверняка ведь в загашнике есть такая, причем военного образца и того же поколения, но тот вид имел загнанный. Даже в полете с рабами дела имел, так что только послал. Ну и ладно. Я все равно что-нибудь придумаю.
Когда мы прибыли в систему Ферра-2, то почти сутки маневрировали, пока не стабилизировались на орбите и нас не начали по очереди приглашать к стыковочным шлюзам, куда подходили челноки Центра беженцев, чтобы спустить на бетонные плиты названного Центра. Он находился на поверхности. Я не возражал насчет Центра беженцев, рассчитывая там встретиться с Артемом, хотя бы узнать, где он. Пропустить Центр тот не мог, и по-любому в местных базах должен был мелькнуть.
Наконец загруженный челнок отошел от транспорта и начал спускаться на поверхность. Видимо, снаружи была непогода, но для челнока это нестрашно: пару раз слегка тряхнуло, и затем произошло касание опор бетонных плит. Нас пригласили к выходу, посоветовав поторопиться, на этот район надвигался циклон, и мы поспешили покинуть борт челнока. Тут же еще выяснилось, что снаружи была глубокая ночь, но это нормально, в таких случаях Центр работал круглосуточно, принимая новых людей, желающих стать гражданами империи.