‘Этого недостаточно!’ Они почти добрались до лагеря.
Лука снова нажала на курок. Вол, ведущий за собой остальных, споткнулся и упал, от чего его собратья ещё сильнее отклонились от курса.
Затем, откуда ни возьмись, появились Уэйн и Броди. Лука замедлила свою кобылу, и все трое стали уводить скот за собой в сторону. Они промчались всего в десяти ярдах от лагеря.
Всадники уводили их влево, пока те не вернулись в широкий круг из повозок.
Кашляя и задыхаясь, Уэйн Гарфилд спрыгнул с лошади.
Он заметно дрожал, глядя на Луку:
– Мне очень жаль, я…
Лука была слишком потрясена, чтобы что-либо сказать. Мысль о том, что она чуть было не потеряла Эми и Нору, единственное, что крутилось у неё в голове. Она кивнула молодому человеку, и не сказав ни слова, направила свою кобылу к палаткам.
– Лука? – Нора часто заморгала, когда та тихонько проскользнула в палатку. – Дождь до сих пор не кончился? Мне показалась, я слышала…
– Да, дождь ещё идёт, – сказала Лука. – Но думаю, сейчас станет тише.
Нора вытянула руку, осторожно касаясь плеча Луки:
– Твоя рубашка снова мокрая.
Она посмотрела вниз. Мало того, что её рубашка была мокрой, вдобавок она была ещё покрыта грязью и травой. Зная, что ни у неё, ни у Норы недостаточно энергии для ещё очередной перебранки из-за переодевания, Лука обернулась и во тьме палатки, сменила мокрую рубашку на новую, надеясь, что Нора не заметит, что та тоже уже влажная.
– Ты больше не нужен капитану?
– Нет. – Стадо утихомирилось и слишком вымоталось для ещё одной давки. – Не нужен.
– Хорошо, – прошептала Нора. – Потому, что ты нужен мне.
Внезапно, Луке захотелось выскочить под дождь и в панике помчаться, куда глаза глядят. Она не знала, что, но что-то между ними определённо изменилось. Оставаться в стороне и быть объективной – уже не вариант. Подыскивая правильные слова, но ни найдя таковых, она легла рядом с Норой, так, чтобы Эми лежала между ними. Она закрыла глаза и сосредоточилась на боли в мышцах ног, в попытке отвлечь себя от мыслей о женщине рядом и что с ней могло случиться сегодня вечером. Но явно в этом не преуспела, тем более, почувствовав, как рука Норы её обхватила.
– Не против? Не думаю, что смогу заснуть без…
Лука провела большим пальцем по тыльной стороне ладони Норы:
– Не против.
В тусклом свете она рассматривала тонкие пальцы, рабочие шероховатые ладони и тонкий изгиб запястья.
– Эй, что это?
Она нежно потёрла зеленоватое, почти исчезнувшее пятно на запястье Норы. Его легко заметить из-за бледного цвета кожи.
Нора развернула руку, скрывая синяк:
– Ничего. Один из волов немного переусердствовал, когда я его кормила, только и всего.
– Даже данная одному из них кличка Белоснежка, не сделало его покладистым, да? – Лука ей улыбнулась и закрыла глаза.
Впервые в жизни она заснула, держа кого-то за руку.
========== Три переправы. 6 июля 1851 год ==========
– Я скоро возненавижу эту реку. – Бернис вздохнула , обиженно глядя на реку Суитуотер. – Мы уже в сотый раз должны её пересечь.
Нора устало улыбнулась. Не в сотый, конечно, но близко к этому числу. Суитуотер получила известность тем, что вода из неё никуда не вливалась. Несмотря на своё недовольство, эмигранты вынуждены раз за разом её переплывать.
– Вроде кто-то упоминал, что мы можем избежать трёх переправ, если двинемся по глубокому песчаному маршруту, – вспомнила Нора.
– Ага, могли бы, но после прошлой ночи волы слишком истощены, чтобы тянуть вагоны через глубокий песок, – ответила Бернис, отрывая взгляд от обеда, который готовила.
‘После прошлой ночи?’ Нора нахмурила лоб, но старшая дочь Бернис отвлекла её от расспросов.
Шестнадцатилетняя девочка села рядом с Норой и опираясь подбородком на руки, мечтательно смотрела на Луку, который воспользовавшись полуденным перерывом смазывал ось повозки.
– Боже, он изумителен, - вздохнула она.
Нора сдержанно ей улыбнулась. Примерно в таком возрасте она забеременела Эми, но едва могла вспомнить, чтобы была столь наивна и невинна.
‘Но должна признать, если бы я тратила время, вздыхая и восхищённо глядя на кого-то, этим кем-то был бы Лука.’
– Он настоящий герой! Уэйн рассказал, как он, рискуя своей жизнью, отогнал взбесившееся стадо от лагеря! – Восторгалась Мэри Гарфилд.
Сковородка чуть не вывалилась из рук Норы и не упала в огонь.
Мэри, наконец, отвела взгляд от Луки.
– Вы не знали?
Теперь Нора посмотрела на мужа:
– Нет, очевидно же, что не знаю. Что случилось?
– Прошлой ночью стадо запаниковало и табуном помчалось прямо к лагерю, и только Лука был там, чтобы это предотвратить! Он находился так близко к ним, что мог даже коснуться! Они чуть было не добрались до нас, когда он начал палить из ружья, заставляя стадо повернуть в другую сторону! – Глаза Мэри искрились от волнения.
Нора же напротив не разделяла восторга девушки, услышав, что Лука рисковал своей жизнью и даже не рассказал ей об этом.
– Очень глупый поступок, – сказал Бил Ларсон со своего места у костра.
Нора в ужасе на него посмотрела. Она знает, что её уравновешенный супруг не стал бы рисковать жизнью, если бы был другой способ изменить направление стада. Но сейчас не время и не место, чтобы спорить с мужчиной.
– Ему следовало просто вырваться вперёд и предупредить нас об опасности, вместо того, чтобы стрелять в нашего лучшего рулевого, – проворчал Ларсон.
– Нам не хватило бы времени убрать лагерь, – сказала Бернис.
Нора задумалась. ‘Убрать лагерь?’ В голове всплыли слова Бернис и прошлой ночи: «Будем надеяться, что сегодня всё пройдёт, и нам не придется снова посреди ночи разбивать лагерь. Это будет плохо для Норы». Она смотрела на Луку, вылезающего из под повозки. ‘Поэтому он рисковал жизнью, уводя стадо как можно дальше от лагеря? Из-за меня?’
Прошлая ночь определённо изменила её мнение о муже. Наблюдая за его поведением во время вероятности выкидыша, страх в серых глазах, говорил больше, любых заявлений о принятии ребёнка как своего. Она всё ещё могла ощутить на себе его нежные руки успокаивающие её тело, содрогающееся от судорог.
Прежде, она никогда ни чувствовала себя в такой безопасности, такого утешения рядом с мужчиной. Некоторые из клиентов были добры и нежны; некоторые даже признавались ей в любви, но ни с кем из них Нора никогда не чувствовала близости. Находясь в компании Луки, она чувствовала себя не так как с любым другим мужчиной. Временами она задумывалась, какие обстоятельства сделали Луку таким особенным, но все предположения оставались просто предположениями.
– Думаю, твои бобы уже готовы, – прервала её мысли Бернис.
Нора живо подскочила с места и сняла с огня чайник.
– Эй! Погоди, позволь мне помочь! – Лука подошёл и забрал чайник из её рук. Когда он увидел изумлённый взгляд Норы, добавил: – Не поднимай тяжести, когда я рядом.
После долгих лет заботы о себе, было трудно зависеть от кого-то.
– Но это несправедливо, у тебя есть свои обязанности, – сказала она.
В самом начале путешествия, она поклялась себе, что станет достойной женщиной-первопроходцем, а не избалованной городской женой.
– А у тебя самая важная, – сказал Лука, указывая на живот.
Машинально руки Норы легли на живот. Она сжала губы, почувствовав отсутствие движения, которого не было с прошлой ночи.
– Кстати, если ты хочешь чем-то заняться, можешь сводить свою дочь к реке и умыть, – с усмешкой сказал Лука.
– Я помогала папе! – Перепачканная смазкой сказала Эми.
Нора засмеялась:
– Вижу. Пошли, приведём тебя в порядок.
Пока она вела Эми к берегу реки, она чувствовала на себе взгляд Луки. Он весь день находился рядом с ней, что по определённым причинам облегчало ей работу. Вдобавок к её заботам о ребёнке, ей не нужно было беспокоиться о Броди Коуэне, поскольку Лука всегда рядом.
Когда она опустилась на колени у края реки, от приличного удара в животе она чуть не упала в воду. Размахивая руками в стороны, она пыталась удержаться в сидячем положении.