Та с рычанием подалась вперёд и в грубом поцелуе захватила губы Норы. Железный самоконтроль, которым всегда восхищалась Нора, наконец, рухнул. С почти отчаянной интенсивностью рот Луки лишил дыхания, а руки блуждали по телу, будто пытаясь сразу побывать везде.
– Помедленнее. – Нора отпрянула назад, изучая дикое выражение лица Луки.
Лука тут же отдёрнула руки и села, прекращая все телесные контакты между ними:
– П-прости, я…
– Да брось ты! – Нора схватила её за плечо и притянула к себе. – Давай уже покончим с этим танцем: шаг вперёд к друг другу, два назад. Я больше не позволю Бернис или социальным нормам диктовать каждое моё действие. Ты учила меня, что у меня есть право выбирать как и с кем мне жить. Так что это моё решение. – Она сделала паузу. – Если, конечно, только ты этого не хочешь…не хочешь меня.
Ответом стали губы Луки, которые вновь накрыли её собственные, но в этот раз без отчаянности в движениях, а с нежной страстью.
Сначала у Норы автоматически включилась реакция бывшей проститутки, но Лука не позволила ей относиться к себе так, как к безымянным клиентам из прошлого. Серые глаза пристально смотрели в зелёные, не оставляя сомнений, где она сейчас, и кто дрожащими пальцами борется с крошечными пуговицами лифа Норы.
Годы работы в борделе вытравили из разума стеснение своей наготы. Тело было самым главным её инструментом. Но в то время Нора не была на девятом месяце беременности, и в объятьях той, чьё тело по её мнению было намного ближе к совершенству чем собственное. Она уже видела полуобнажённое тело Луки, кода та была ранена и слаба, но даже тогда Лука напомнила ей портрет древней богини охоты, который когда-то висел над камином в доме отца. Сильное, мускулистое тело, с лёгким намёком на мягкость, мешало Луке казаться жесткой и неуступчивой. В ней было что-то необузданное, но в глазах таилась такая нежность, не дающая Норе слишком долго об этом думать.
Она затаила дыхание в ожидании реакции Луки, когда та избавила её тело от лифа и юбки, обнажая круглый живот.
Склонившись над ней, Лука обеспокоенно замерла, почувствовав, что Нора напряглась.
– Что с тобой? Это ведь не навредит ребёнку, так ведь?
Пальцы Норы скользнули в тёмные волосы Луки, с любовью перебирая мягкие, прохладные пряди:
– Не волнуйся, с ней всё будет в порядке.
– Ребёнок ведь не заметит, если мы…ну, когда… - Лука неловко указала на себя и Нору.
– Не думаю, что он или она может видеть сквозь моё тело, но даже если что-то и почувствует, по крайней мере, будет знать, что родится в любящей семье, – с ухмылкой сказала она.
Лука хмыкнула, но её нервозность была слишком очевидна.
– Успокойся. Несмотря на то, что Бернис об этом думает, я пришла к выводу, что нам не чего стыдиться. – Нора скользнула пальцами по её плечам: – Позволь мне…
Нервная сдержанность Луки быстро испарилась. Опираясь на локти, она нависла над Норой, стараясь не слишком давить на живот. Губы скользнули по шее Норы, плавно переходя на ключицы, затем мимолётно словно крылья бабочки прошлись по груди, пока не добрались до выпуклого живота скрытого под тонкой тканью сорочки.
Нора никогда не отличалась большим терпением по отношению к неуклюжим, неуверенным в себе клиентам, но почувствовав небольшую дрожь в руках Луки, когда те спускались по юбке к бёдрам, она нашла это милым и в какой-то степени приятным. Не думала, что такое когда-нибудь станет возможным, но всё в этом опыте казалось таким новым и свежим, будто бы она прежде и вовсе, ни с кем не делила постель.
Она вздрогнула от холодного горного воздуха, когда Лука через голову сняла с неё сорочку, но в следующую секунду снова стало тепло, ведь та снова к ней прижалась. Сильное бедро прижалось к центру Норы, и она подавила стон.
Длинные пальцы Луки нашли ладонь Норы и большой палец начал рисовать круги во внутренней стороне ладони. Другая рука нежно обхватила полную грудь. Она смотрела на грудь так, будто это было чудом природы. Взгляд Норы последовал туда же, чтобы понять, что так разглядывает Лука. Из-за беременности кожа вокруг сосков потемнела, а синие растяжки больше похожие на вены портили светлый цвет кожи.
Мягкие губы легли на гиперчувствительный сосок, и Нора мгновенно забыла о самокритичном исследовании собственного тела. Пальцы беспомощно потянулись к затылку Луки, притягивая ближе.
Свободная рука Луки скользнула вдоль нижней стороны её груди, заставляя затаить дыхание в ожидании того, где эта рука окажется. Грубые мозоли на ладони Луки, свидетельствующие о многолетней тяжёлой работе образовали контраст с мягкостью прикосновения, которое Нора нашла странно заманчивым.
Когда эта ладонь начала нежно массировать кожу, Лука оторвалась от груди, и поцелуями проложила дорожку до живота Норы.
Нора прогнулась вверх, когда игривый язычок окунулся в пупок. Руки Луки проделывали тот же путь, что и губы.
– Лука… – Нора почувствовала, что собственное дыхание стало прерывистым.
– Тссс. Пришла пора расслабиться. Не волнуйся, со мной тебе нечего бояться.
От шепота Луки кожу начало приятно покалывать. Внезапно Лука от неё отпрянула, но лишь для того чтобы избавить волосы Норы от ненужной ленты. Она залюбовалась рыжими волосами, опустившимися на плечи женщины, что делало ту невинной и в то же время соблазнительной.
– Ты прекрасна, – прошептала Лука.
Норе сложно было поверить в то, что кто-то может счесть её красивой на девятом месяце беременности и пылью покрывающей тело, но трепет в голосе Луки не оставлял сомнений в искренности её комплимента.
Лука смотрела в зелёные глаза, одной рукой убирая со лба странствующую прядь волос, а другой рисовала чувственные круги вокруг пупка Норы. Взгляд был настолько интенсивным, и Нора подумала, что закрыв глаза она сможет ощутить его на себе.
– Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Нора удивлённо моргнула. Размышлять и отвечать стало трудно из-за отвлекающих прикосновений Луки:
– Ч-что?
– Чего ты хочешь? Как тебе нравится? – Прошептала Лука.
Годами ей не задавали подобных вопросов, если вообще когда-нибудь задавали. Она улыбнулась Луке:
– Как хочешь.
– Нет. Как ты хочешь. Итак, что тебе нравится? Я сделаю всё, что захочешь…ну, конечно, за исключением некоторых очевидных действий. – Лука смотрела на неё со смесью смущения и сожаления.
Нора сразу поняла, что Лука имеет ввиду тот факт, что не является мужчиной. Очевидно, она предполагает, что их занятие любовью будет уступать тому, что она могла бы испытать с мужчиной. Нора протянула руку и коснулась щеки Луки, наблюдая, как ресницы той трепещут при прикосновении.
– Я была вынуждена «наслаждаться» этим актом последние несколько лет. Поверь, я не буду по нему скучать.
Лука всё ещё нависала над ней:
– Значит, тебе не нравиться…? – Она сделала паузу и жестикулировала, будучи слишком смущена, чтобы закончить предложение.
– Лука, – Нора решила остановить неудобную дискуссию, – судя по всему, ты всё ещё женщина.
Серые глаза чуть ли не шокировано на неё глядели. Лука не произнеся ни слова ждала, куда приведёт Нору её поток мыслей.
– Когда дело доходит до этого, в наших телах фактически нет никаких различий, – сказала Нора. – Ты знаешь, что тебе приятно, так почему не предложишь мне тоже самое?
Лука глубоко вздохнула. Она всё ещё нервничала, но, наконец, твёрдо кивнула и её губы снова опустились к Норе. Глаза всё ещё были устремлены на Нору, когда она не спеша расшнуровала шнурки на сорочке женщины и сняла с неё нижнее бельё. Смотря на обнажённое тело, серые глаза сверкали от любопытства и чего-то ещё, чему Нора не могла дать определение.
Нора вздрогнула под пристальным взглядом.
Посчитав, что причиной этому послужил холодный горный воздух, Лука накрыла её своим телом. Одеяло, покрывающее плечи Луки, закрывало их обеих, отделяя от остальной части мира.
Кончиком пальца Лука ласково погладила щеку Норы, затем поцеловала в изгиб шеи. Теплое прикосновение губ Луки исследовало дугу её ключиц, а затем пробежались по верхней части груди пока не захватили сосок Норы, но в этот раз без сорочки.