– Что? Хочешь сказать…? – Бернис понизила голос. – Она хочет сказать ему, что она…?
Нора серьёзно кивнула.
– Ради всего святого, зачем? И это после многолетнего сокрытия своей половой принадлежности? – Озадаченно завозмущалась Бернис.
Нора посмотрела в карие глаза.
– Ради тебя. Она не хочет, чтобы из-за её выбора пострадал ваш с Джейкобом брак.
Бернис смотрела на неё с гримасой ужаса на лице.
– Я хотела, чтобы она оставила тебя и детей в покое, и не отнимала у друзей! И я уж точно не хотела, чтобы с ней произошло несчастье.
– Несчастье? – Повторила Нора.
– Ты, правда, столь наивна, девочка? – Покачала головой Бернис. – То, что у тебя есть нездоровое влечение к Луке, не означает, что другие положительно отреагируют на раскрытие её секрета. Ты, всерьёз, думаешь что худшее, что с ней могут сделать это прогнать с обоза? Да её убить за это могут!
– Убить? – Ахнула Нора. – Джейкоб же не станет…
– Джейкоб её не тронет. Он слишком уравновешен и мягок, чтобы навредить женщине, но если об этом услышит Брайан или ещё кто с горячей головой, никто не сможет предугадать их действий.
‘Брайан.’ Нора перевела взгляд на повозку Стентонов, в которую жена Брайана складывала вымытую посуду. Брайана поблизости не было. ‘Он что ушёл пасти скот с Лукой и Джейкобом?’ Её охватило паникой. По спине побежали мурашки, а пульсация стуками отдавалась в ушах.
– Бернис! – Ахнула она. – Возьми Нетти! Пожалуйста!
Она аккуратно передала дочку в руки Бернис и вытащила из повозки винтовку.
– Нора! – Закричала Бернис в след убегающей подруге.
Но Нора не слушала. Она бежала, одной рукой придерживая юбку, а во второй крепко сжимая винтовку.
Покинув лагерь, Нора остановилась, сделала пару глубоких вдохов, а проследила за следами копыт, которые вели на холм.
– Мэри, приглядывай за Эми! – Наказала дочери Бернис.
И развернулась, пустилась вслед за подругой.
Нора не стала её дожидаться. Резко сорвавшись с места, она ринулась на холм. И чуть не упала, когда ботинки прилипли к грязи. Она остановилась немного перевести дух, положив дрожащие ладони на бёдра. ‘Лука! Нужно срочно добраться до Луки, пока не стало слишком поздно!’ вопил её разум, но ослабевшее после родов тело отказывалось ему подчиняться.
– Нора! Что ты творишь? Тебе нельзя бегать всего спустя два дня после родов! – Бернис догнала и схватила подругу за локоть, поворачивая лицом к себе.
– Пожалуйста, прошу тебя, помоги мне, Бернис! Мне нужно найти Луку! – Нора смотрела на старшую подругу дикими, покрасневшими глазами.
Бернис успокаивающе погладила её по плечу.
– Я не хотела тебя так сильно напугать. Ситуация, конечно, может обостриться, но не думаю, что её пристрелят на месте.
Только она закончила говорить, раздался выстрел.
Страх окутал Нору с головы до пят. К горлу подступила тошнота. Никогда в жизни она так не боялась, даже оставаясь наедине с жестокими клиентами.
– О, нет! Нет, нет, нет! Только не Лука!
Она снова сорвалась с места. Грязь, разлетаясь по сторонам, забрызгала её юбку, ветки деревьев встречающихся на пути царапали кожу, но в спешке Нора не замечала ничего.
– Нора! Нора, сбавь темп иначе поранишься! – Отставая, с маленьким ребёнком на руках, вдогонку кричала Бернис.
– Поранюсь? – Закричала Нора в ответ. – Они стреляли в Луку! Может быть она уже… – Нора остановилась, не в силах произнести слово вслух, боясь, что если озвучит свои мысли, те станут реальностью. – Боже, это я виновата!
Бернис догнала её.
– В этом нет твоей вины. Лука взрослая, и сама приняла решение.
Нора сердито взглянула на подругу.
– Почти всё, что она делала в этом путешествии, она делала для меня! Лука решила всё рассказать Джейкобу из-за тебя, потому что ты моя подруга, и она знает, что мне больно видеть как ты страдаешь!
– Эй, не перекладывай вину на меня; не я вызвала весь этот беспорядок! – Засопела в ответ Бернис.
– Я не виню тебя. Только себя. Я была напугана и глупа, а теперь уже может быть слишком поздно.
Она двинулась дальше, и остановилась только когда увидела внизу долину.
По небольшому ручью в их сторону галопом неслась лошадь. Нора не могла разглядеть всадника, зато увидела в его руке винтовку, от чего крепче сжала в ладони свою. Она позволила себе поверить, что люди в обозе стали друзьями и не в коем разе им не навредят, но теперь она полна решимости бороться за свою семью, если это станет необходимым. Ради спасения жизни Луки.
– Это Уэйн! – Ахнула рядом Бернис. – О, Господи, надеюсь с Джейкобом всё в порядке.
Всадник уже почти доскакал до них, и Нора, наконец, его разглядела. Им действительно оказался Уэйн.
Лошадь остановилась рядом с ними.
Уэйн в знак уважения откинул шляпу, и Нора увидела на его руке кровь. Она тут же подняла винтовку. Ствол затрясся в воздухе от страха и гнева, когда Нора направила его на сына подруги.
– Что ты сделал с Лукой?
Глаза Уэйна округлились, когда он посмотрел на дуло. Парень начал поднимать своё оружие.
– Уэйн, нет! – Между ними встала Бернис и положила руку на ствол винтовки сына. – Где твой отец?
– Там, – пробормотал Уэйн, указывая в нужном направлении.
Нора промчалась мимо него, а следом и Бернис.
***
– Джейкоб, я… – Лука нервно откашлялась. – Бернис узнала, что я…
– Сидел в тюрьме, – прервал её голос.
Джейкоб и Лука обернулись.
– Что? – Спросили они одновременно.
Оба были удивленны, но по разным причинам.
– Что всё это значит? – Потребовал Джейкоб объяснений.
‘Да, мне тоже интересно.’ Лука смотрела на тяжело дышащих, по-видимому, от бега, женщин и младенце в руках Бернис. Взгляд остановился на Норе, стоявшей рядом с Бернис, и крепко сжимающей в руке винтовку. По раскрасневшемуся лицу текли слёзы, и Луке пришлось сделать над собой усилие, чтобы не подойти и не обнять женщину.
– Когда я помогала лечить его рану, увидела на его теле клеймо осуждённого преступника, – сказала Бернис. – Он сидел в тюрьме, потому как по молодости участвовал в ограблении банка.
Джейкоб повернулся лицом к Луке, и глаза его полыхали от гнева:
– Это правда?
Лука замешкалась, но знала, что есть лишь один ответ, который не перевернёт её жизнь вверх тормашками. ‘Какие странные люди. В их глазах лучше, если я окажусь преступником, чем женщиной.’
– Да.
– Ты что не могла мне сразу рассказать об этом? – Обратился Джейкоб к своей жене.
– Я не хотела рушить мир, который Лука и Нора для себя построили. И из-за Уэйна, – ответила Бернис.
Джейкоб понимающе кивнул, а Лука и Нора растерянно на них смотрели. Причём тут сын Гарфилдов?
– Младшего брата Джейкоба Уэйна убили в возрасте одиннадцати лет. Шальная пуля грабителя банка попала в его спину, – объяснила Бернис. – В его честь мы назвали нашего сына.
– Тогда зачем говоришь мне об этом сейчас? – Проворчал Джейкоб.
Бернис задумалась, придумывая ответ, который бы убедительно звучал.
– Потому что я только что ей рассказала, что Лука ни в кого не стрелял и никому не угрожал, – тут же вмешалась Нора. – У него даже оружия не было. Он был всего лишь мальчишкой, который согласился постоять, подержать по просьбе взрослых поводья лошадей.
Джейкоб повернулся к Луке:
– Ты сидел в тюрьме?
– Да.
Касательно этого утверждения, Лука не считала его полностью неправдой. Вся жизнь была для неё тюрьмой, в которой она заперта из-за отказа общества принять её такой, какая она есть, и позволить ей жить своей жизнью. Только появление в её жизни Норы освободило Луку от оков и заставило начать жить, а не просто волочить своё жалкое существование, боясь кому-то довериться и быть раскрытой.
Джейкоб коротко кивнул.
– Хорошо, значит, ты уже заплатил за содеянное, и я не вправе тебя судить. – Он подошёл к Бернис и посмотрел ей в глаза. – В следующий раз просто говори мне правду. А теперь пойдём, наш сын только что подстрелил оленя. Сегодня у нас пиршество.