‘Там!’
Снова зашуршало. Что-то царапнуло о деревянный бортик стойла.
Тесс напряглась. Она нащупала маленький револьвер, покоившийся на её бедре под юбкой для верховой езды.
Кобыла Тесс дёрнула ушами, тоже услышав посторонние звуки, но встревоженной не выглядела. Кто бы ни был в том стойле, лошадям он был знаком.
‘А, может, там кошка.’
В два быстрых шага Тесс подошла к нужному стойлу и заглянула внутрь.
Глаза, уставившиеся на неё, принадлежали вовсе не кошке. В одном из углов стойла к лошадиной кормушке прижималась девушка.
Рука Тесс потянулась к груди. Она открыла рот, вот-вот готовая закричать.
– Не надо, – прошептала девушка. – Пожалуйста, не выдавайте меня. Мне больше некуда идти.
– Поэтому ты живёшь в моей конюшне и крадёшь еду у лошадей? – Тесс указала на коричневатую морковь, зажатую в руке девушки.
Девушка опустила голову. Огненно-рыжие волосы свисали из-под соломенной шляпки и смотрелись словно занавес вокруг её лица.
Заслышался топот тяжёлых ботинок.
– С кем вы разговариваете? – крикнул ей стоящий в проходе Вилли.
Девушка тут же подняла голову и в ужасе посмотрела на Тесс. Слегка полноватые губы сформировали безмолвное «О, нет».
Тесс спокойно обернулась:
– Сама с собой. Ну, знаешь, женские штучки.
Вилли выплюнул изо рта соломку и согласно хмыкнул. Напоследок бросив на неё взгляд через плечо, он схватил за ручки телегу и покатил её из конюшни.
Как только он исчез за углом, Тесс обернулась и поманила рыжеволосую девушку, всё ещё цепляющуюся за кормушку.
– Выходи оттуда, девочка.
– Пожалуйста, не прогоняйте меня, – взмолилась та, не покидая своего укрытия. – Дайте мне одну ночь. Обещаю, к завтрашнему утру меня здесь не будет.
– И что потом? – спросила Тесс. – Куда деваться будешь?
Она покачала головой. ‘Тебе-то какое до неё дело? Не о чём больше беспокоиться?’
Тонкие плечи на мгновенье опустились, затем она резко выпрямилась.
– Не знаю, но я что-нибудь придумаю, – в глазах поблёскивала решимость.
‘Придумает она…’ В таком городе, как Индепенденс, у женщин не так много вариантов для самостоятельного существования. Кому как не Тесс об этом знать? За последние годы она приняла на работу в бордель столько девушек, что даже если попытается, не сможет всех их сосчитать.
‘Но не сейчас.’ В данный момент она не может себе позволить взять под свою крышу ещё один голодный рот.
Девушка повернулась боком, и опираясь на кормушку, стала приподниматься.
Взгляд Тесс упал на её круглый живот. ‘О, Боже.’ Вздрогнула она. ‘Или два голодных рта.’
Ей стало интересно, как беременная девушка в одиночку добралась до Индепенденса. Манера разговора подсказывала Тесс, что она родом с востока и вовсе не из бедной семьи. Даже поношенная одежда и голодный взгляд девушки не смогли замаскировать её манер и образованности.
‘История стара как мир,’ со вздохом подумала Тесс. ‘Бьюсь об заклад, семья вышвырнула её из дому, только прознав, что у дочери будет внебрачные ребёнок.’
Не похожие на рабочие, руки защитно легли на живот, как только девушка заметила, куда смотрит Тесс.
– Вы сказали «моя конюшня». Она взаправду принадлежит вам? – в голосе смешались страх и скептицизм.
Тесс утомлённо кивнула. ‘Интересно, наступит ли когда-нибудь время, когда люди не будут удивлённо поднимать брови при мысли о женщинах, владеющих своим бизнесом?’
Девушка подошла ближе, но при этом соблюдая дистанцию примерно на расстоянии вытянутой руки.
‘Что же с тобой стряслось, раз ты в столь юном возрасте перестала доверять людям?’ Тесс задумалась. Какое-то время она и сама считала, что после стольких лет работы в борделях она утратила способность заботиться о ком-то кроме себя, но появилась Лука, доказала обратное. Впрочем, Тесс понимала, что лучше не спрашивать о прошлом незнакомки. Может именно поэтому девушка приехала на Запад. Как правило, люди здесь особо не задают вопросов.
– Если вы владелица конюшни… - в глазах девушки заплясали искорки надежды, - быть может, вам требуется рабочий, чтобы подметать пол или…
– Девочка, – перебила её Тесс. – Хоть я и нуждаюсь в новом конюхе, эта работа не для женщины, тем более беременной.
Жители Индепенденса никогда не доверят женщине ухаживать за их лошадьми, а этот бизнес и так на мели.
– Тогда может…
– Единственная работа, которую я могу тебе предложить, не из уважаемых, - предупредила Тесс.
Зелёные глаза загорелись решимостью:
– Я согласна на любую работу, – сказала она, прижимая руки к животу.
Тесс окинула опытным взглядом рыжие волосы, симпатичное личико и фарфоровую кожу. Под слоем грязи и залатанной одеждой красивое тело жаждало своего часа. Девушка принесла бы борделю хорошую прибыль, после того как родит.
– Нет, – произнесла Тесс. – Не на любую.
– Да, – стояла на своём девушка. – На любую.
Обнадёживающий взгляд, которым незнакомка на неё смотрела, разозлил Тесс:
– Не смотри на меня так, будто я твоя спасительница. Ты что, не знаешь, кто я? Кем работаю? Не понимаешь, почему конюху сошло с рук бросание в меня яблока вперемешку с навозом?
Девушка удивлённо моргнула.
– Ой да, ради Бога, девочка, ты правда не понимаешь? Я - шлюха. Владею борделем, и это единственная работа, которую я могу тебе предложить.
У неё уже есть кухарка и прачка, две постаревшие проститутки, больше не способные ублажать мужчин. Она не может позволить себе набирать женщин, которые не в состоянии зарабатывать себе на жизнь.
Красновато-коричневые ресницы опустились, и на светлой коже появился румянец:
– Оу.
Почувствовав горечь во рту, Тесс сглотнула:
– Вот именно. Оу.
Когда румянец рассеялся, девушка подняла взгляд и посмотрела на Тесс. В этом пристальном взгляде не было ни отвращения, ни шока, который Тесс ожидала там увидеть.
– На любую работу, – повторила девушка.
Тесс охватило чувство вины, не в силах смотреть в глаза незнакомки, она отвела взгляд. Как можно обречь совсем ещё юную девушку на такую жизнь? А с другой стороны, спать в конюшне и красть еду разве лучше? Если кто-то вроде Вилли найдет её здесь, нельзя предугадать, что случится с беззащитной девушкой. По крайней мере, если Тесс возьмёт её под свою опеку, у ребенка появится шанс выжить.
Тесс сделала шаг ближе, и на этот раз девушка не отошла, оставаясь стоять на месте.
– Хорошо, – сказала Тесс. – Но раз ты работаешь на меня, есть определённые правила. – Она заставила себя войти в роль хозяйки борделя.
– Не красть ваше серебро? – На лице девушки появилась озорная улыбка, но тут же исчезла, в ожидании реакции Тесс на шутку.
Тесс улыбнулась. ‘Чувство юмора ещё при ней, и это хорошо.’ Это поможет ей выжить в борделе.
– Хранение секретов – вот что даёт власть над клиентами. Излишняя болтливость может тебя убить. Так что поосторожней.
Девушка серьезно кивнула, и Тесс кольнул ещё один приступ вины.
– Также тебе лучше не мечтать о романтической связи с клиентом. О том, что он в тебя влюбится и подарит шанс на новую жизнь. Такое случается крайне редко.
Девушка снова кивнула. Губы сомкнулись в тонкую линию сожаления, но быстро расправились, когда она поняла, что её будущий работодатель все ещё за ней наблюдает.
‘Из неё выйдет хорошая шлюха. Может, даже слишком.’
– Об этом не стоит волноваться, – произнесла девушка. – Любовь - это не для меня.
Тесс уже это слышала. Лука сказала ей тоже самое, когда Тесс предупредила, чтобы та в неё не влюблялась только потому, что они спят друг с другом.
– Это хорошо. – Тесс грустно улыбнулась и открыла дверь загона, которая всё ещё их разделяла. – Даю тебе последний шанс передумать.
Вместо ответа девушка открыла дверь и вышла в проход. Одна её рука всё ещё лежала на животе.
– Я согласна на эту работу, – вновь повторила она.