- Но ты же вернул меня?
- Да, мне нужно было время, чтобы изучить твою личность. Поэтому после снятия всех параметров я провёл нейросессию и изменил тебе картину мозговых волн… заблокировал память о твоём пребывании здесь. Я же не знал, что ты практикуешь медитацию. Но, уже обрабатывая твои данные, я понял… – он опустил глаза, потом вскинул их на меня снова – с этой своей нежной, сводящей с ума улыбкой. – Понял, что ты способна вспомнить. А потом я увидел твои ожидания, способности и мечты… - его глаза затуманились.
- Мечты?… - я поняла, что начинаю заливаться краской. – Ты что, просмотрел всю-всю мою жизнь? – в голове вихрем пронеслись некие моменты, которые были мучительными и постыдными для меня, и я бы предпочла сама забыть о них… У каждого есть такие скелеты в шкафу, которым эксгумацию лучше не проводить!!!
Кришна понимающе улыбнулся, пристально глядя на меня, и отчеканил:
- День за днём. Год за годом. Как на ладони. – и замолчал, наслаждаясь паузой, а заодно и ужасом в моих глазах.
И вдруг он снова откинулся в кресле и захохотал во весь голос:
- О господи, Дана, ну нет конечно!!
Я выдохнула и обмякла в кресле:
- …ну ты вообще… шутник, блин! – я схватила виноградину, вскочив, запустила в него. Она отскочила от его плеча и ускакала в Муськину сторону. Кошка подскочила и с шипением взлетела на моё ложе, глядя безумным взором на вылетевшего из-под панели робота-уборщика. Я тоже рассмеялась, глядя на всё это.
- Прости! – он мотал головой, хохоча. – Ну не смог удержаться… твои глаза… - он отдышался и перешёл на нормальный тон. – На самом деле, мы сканируем только определённые периоды формирования личности, предпочтения, мечты, психотип, способности, шкалу ценностей, ну и прочее… это для адаптации в нашем мире даже важнее, чем физические и ауральные параметры. Когда Омнис выдала результат обработки твоих данных… Я был очень приятно поражён. – он с любовью взглянул на меня. – Вдобавок, из всех ты единственная, кто на протяжении долгого времени всерьёз мечтала и даже… готовилась к подобной встрече. Эта готовность – большая редкость. Тогда я и понял, что… - юноша смолк.
- Что?
Кришна приблизился и, заглядывая в глаза, мягко притянул к себе:
- Что нет нужды погружать тебя в анабиоз до прибытия. Потому что ты, в отличие от них, не сойдёшь с ума…
Но когда его глаза стали так близко, а пальцы проскользнули в мои волосы… а губы осторожно и быстро прикоснулись к виску, щеке, скуле, - я поняла, что как раз сейчас сойду с ума – от нежности, любви и желания…
17.
Глаза небожителя приковывали мой взгляд. Кришна внимательно, чуть отстранённо смотрел мне, казалось, прямо в душу! – и не улыбался, как обычно; его лицо стало скорее отрешённо-мечтательным, неземным… Его прикосновения были легчайшими – он едва касался моего лица, пока я тонула в его проникновенном взгляде – и у меня внутри словно ликующе взрывались и тут же таяли тысячи мельчайших искр наслаждения. Назвать это страстью? Нет, это было другое… Такого я не испытывала никогда! Экстаз, смесь восторга, благодарности и любви… А ведь он просто прикасался кончиками пальцев к моей щеке - что же будет дальше, если уже сейчас такие ощущения?!
Но я даже не ждала «дальше»… Мне хотелось, чтобы этот миг длился вечно…
И в этот момент за спиной раздался звуковой сигнал. Кришна «отпустил» мой взгляд – прикрыл глаза. Я судорожно вздохнула и оглянулась: сигналил инсайер, пульсируя зелёным огоньком. Дышала ли я вообще всё это время?
Кришна медленно отступил назад:
- Прости, я должен ответить. – он вновь поднял и надел свою плазменную корону и, видимо, ему поступила какая-то информация: его лицо стало озабоченным, он слегка нахмурился, потом быстро вышел из отсека, оставив меня одну.
Я обессиленно сделала несколько шагов на нетвёрдых ногах и рухнула в кресло, закрыв лицо руками. Сердце просто выскакивало из груди.
Это опять та самая «ананда»? Но ведь он был без инсайера…
Да что со мной происходит? Ни один мужчина не вызывал во мне таких чувств! Ни один земной мужчина... – поправила я сама себя и счастье защекотало меня изнутри тёплым, пушистым комочком. А ведь я уже достаточно взрослая девочка, довольно искушенная в «науке страсти нежной», было в моей жизни многое, но… я не могла справиться с таким накалом эмоций. И вообще с его таким… сверхмиролюбивым и гиперпозитивным поведением. Это было непривычно. Это было непонятно. А всё непонятное и непривывчное внушает недоверие, правда?