Солнце вышло из-за серой тучи, осветив перламутровый кирпич домов. Он переливался, ловя на себе солнечные лучи, и почти что ослеплял. Где-то вдалеке залаял Балу, привлекая внимание. Айлин двинулась на звук, ускоряя шаг. Только ноги оказались налиты свинцом, и все действия были медленными, вялыми, как будто она продиралась сквозь зыбучий песок.
Одал стояло в центре площади, величественно возвышаясь, подпирало небо своей массивной кроной. Оно нависало, грозя вот-вот обрушиться, и голова Айлин неприятно закружилась. Испугавшись, девушка прикрыла голову руками, зажмурив глаза, силилась побороть подступившую тошноту, как чье-то легкое прикосновение к плечу привлекло внимание.
Оль’хиэлла стояла, тепло улыбаясь, отчего вокруг глаз залегли глубокие морщины. Женщина шершавой рукой коснулась щеки Айлин.
– Ты его точная копия, – прошелестел в голове голос старухи, и Айлин вздрогнула.
Остальные О’Нияр медленно обступали ее по кругу, положив свои руки на плечи девушки. Груз казался непосильным, слишком тяжелым, чтобы устоять на ногах, и Айлин опустилась на колени. Она чувствовала на душе вину за смерти Осколков. Ей казалось, они пришли злорадствовать и изрекать на ее голову проклятья, что отняла у них жизнь.
– Ты не виновата, – мягкое прикосновение к подбородку, заставило поднять голову и посмотреть прямо в яркие голубые глаза Оль’хиэллы, – мы сделали свой выбор. Если была бы возможность, то снова бы сделали его. Ты наше дитя, маленькая Айлин.
Слова застревали в горле и срывались с губ хрипом, что вызвало тихие смешки у остальных О’Нияр. Они говорили что-то еще успокаивающее, подбадривающее, силясь передать ту волну тепла, что хранили все это время для нее. Только Айлин не могла разобрать слов, они сливались в тихое мелодичное бормотание, которое убаюкивало встревоженное сознание. Она отдалась этому чувству безопасности, отбросив последние сомнения, дала окружить себя заботой.
Что-то чуть заметно изменилось. Стало другим. В голосах, лившихся теплом, проскальзывали нотки тревоги и беспокойства. Прикосновения постепенно становились колкими, холодными, и от них мурашки заставляли волосы на теле вставать дыбом.
Айлин встрепенулась и, распахнув глаза, тут же зажмурилась. На нее набросились белоснежные совы. Они цеплялись когтями за волосы, царапали лицо и руки, силясь выколоть глаза. Их крылья били по плечам и спине. Больше всего птицы походили на обезумевшие создания, и их клекот сливался в страшные слова:
– Ты убила нас! Это твоя вина! Смерть! Смерть! Смерть! Будет идти по твоим следам!
Потом все резко прекратилось.
Айлин сидела, сжавшись в комок, прикрыв голову руками. Ее тело била дрожь. Девушка боялась пошевелиться и навлечь на себя еще больше гнева рассерженных птиц. Странное ощущение сосущей пустоты возникло в груди. Оно медленно заполняло тело, как будто выпуская вокруг любопытные щупальца. Они медленно изучали пространство вокруг, пока не наткнулись на безмолвного наблюдателя. Тронули его кончиками и испугавшись, втянулись обратно. Смешок.
– А ты быстро учишься, маленькая Назифа, – Айлин почувствовала его присутствие рядом с собой.
Она боялась оторвать руки от лица и взглянуть на него. Вздрогнула, когда чужие пальцы зарылись в ее волосы, поглаживая голову, словно верную псину.
– А теперь, спи, – говоривший резко дернул за волосы, опрокидывая Айлин на спину.
Чувство падения было бесконечным. Мозг не успел испугаться, сердце не забилось чаще. Только тьма окутала, как одеялом, нежно воркуя на ухо слова незнакомой песни, тихо успокаивала.
А потом не стало ничего.
Только тьма.
Глава 12. Старые предания.
Долина Светлячков.
Айлин проснулась до рассвета. Аккуратно пошевелилась, боясь разбудить рядом спящую Эндерлосс.
Маверик неспешно седлал лошадей и не обращал внимания на Реймс. Мелрайз ломая ветки кустов, выбрался наружу. Айлин заметила, что под его глазами залегли глубокие тени. Воин провел бессонную ночь ради сохранения безопасности отряда. Посмотрев на Айлин, Мелрайз сразу приободрился, его глаза заблестели.
– Командир, надо костер разжечь. Я продрог так, что не чувствую своих пальцев.
Мелрайз закопался в седельные сумки, и как-то отстраненно ответил:
– Да… хорошая идея.
– Жрать охота, – не унимался Маверик, – за ночь в силки никто не попался?
– Айлин, ты не против немного прогуляться? – Мелрайз проигнорировал Маверика и протянул Реймс руку.