Мелрайз, прищурившись, смотрел на раскинувшийся перед ним город, как будто пытался предугадать поджидающие их опасности. Маверик неспешно жевал соломинку, прикрыв глаза, немного откинулся назад в седле. Мелот и Эндерлосс переговаривались между собой, иногда прыская от смеха.
Айлин, широко раскрыв глаза, смотрела, на то, как рассвет занимается над городом и окрашивает ярусные изогнутые крыши в бордовые и темно-зеленые оттенки.
Латрия располагалась на системе холмов, из-за чего, казалось, что город плывет на волнах, окутанный предрассветным туманом. На самой высокой точке расположился дворец, откуда, несомненно, открывался вид на порт. Ветер донес на своем хвосте соленый привкус. В воздухе уже витал запах ранней весны, и птицы в предчувствии тепла раздавались долгими песнями над головой.
Мелрайз толкнул своего коня в бока, заставляя спуститься неспешным шагом к тракту. Где редкие путники с двуколками, запряженными мулами, медленно шли к Южным воротам города.
Ветер, резко переменивший направление, ударил Айлин в затылок, играясь с ее волосами. Отросшие пряди за долгое время скитаний, попытались забиться в нос и рот.
Эндерлосс улыбаясь, протянула Айлин шелковую красную ленту. Пока Айлин занималась волосами, то заметила, что несколько прядей снова стали белеть, а это значит, что действие заклинания сестры Мелрайза заканчивалось.
У южных ворот царило возбуждение. Люди, выстроившись в неровную колонну, медленно двигались вперед. Айлин поравнялась с Мелрайзом и рассматривала разноцветную одежду жителей Анкмора.
Путники носили длинные рубахи до колена, напоминающие ханьфу, с аккуратной незатейливой вышивкой по краям манжет и на горловине. Поверх рубах обыкновенно был накинут шерстяной жилет, подпоясанный широким поясом, украшенный украшениями. От обилия красок рябило в глазах, и Айлин чувствовала себя неуютно в простых дорожных одеждах.
Мулы, запряженные в телеги, утробно мычали, били себя хвостами, отгоняя мошкару. В клетках сидели куры и гуси, она раздраженно клокотали. А люди… люди галдели, стараясь перекричать друг друга. В этом хаосе полном безумных криков, визжали играющие в догонялки дети. Они шмыгали между ног животных, иногда ударяясь во взрослых, чтобы тут же с визгом броситься прочь от брани и скорой расправы над детскими ушами.
Айлин наблюдала за детьми с грустной улыбкой. Зависть грызла душу девушки. Детство Айлин пришлось на космической станции Церус, где за любой шум был выговор за непозволительное поведение. Как наказание использовали ссылку в свою комнату с наказанием читать в который раз правила поведения на станции. Айлин с Аланом убегали от расправы, с визгом взмывая длинные юбки вельмож, чтобы убраться подальше к техническим коридорам и там спрятаться. Воспоминания о брате болезненно отозвались в груди, и Айлин закусила губу.
– Говорят, – нарушил молчание Мелрайз, – что ворота, ведущие в Латрию, охраняют души драконов. При постройке города, первый правитель Лат Сол, основатель правящей династии Лат, сам охотился на мифических существ, чтобы те склонили головы, признавая Лат Сола правителем анкморских земель. Правитель взамен их верности взял с драконов нерушимую клятву, чтобы они охраняли столицу от врагов.
– Звучит как очередная старая сказка, – Айлин заправила прядь волос за ухо.
– Когда будем проходить мимо, присмотрись к узорам на воротах. Издалека не так видно, но вблизи, они как будто сотканы из чешуи. Сейчас ты увидишь, как необычно ложиться солнечный свет. Красивое зрелище.
Айлин хмыкнула и поудобнее перехватила поводья. Рядом толкались люди, поток становился плотным, и лошадь стала нервничать, то и дело всхрапывала и косила глазом. Реймс ободряюще похлопала по крутой шее животное и выпрямилась в седле.
Маленькая девочка, все это время ютившаяся под ногами, округлила большие блестящие глаза и потянула руку к морде лошади. Та, испугавшись, всхрапнула, чем испугала девочку, и она прижалась к материнской юбке, продолжая смотреть округленными глазами. Айлин попыталась улыбнуться, но ее внимание привлек окрик. Чей-то знакомый голос призывал внимание Мелрайза, и среди потока толпы было сложно различить направление. Мелрайз перехватил лошадь Айлин, заставляя людей посторониться и дать им возможность сравнять лошадей.
– Держись ближе, – бросил Мелрайз и оглянулся.
Остальные из отряда держались рядом. Эндерлосс вовсю собирала сплетни и охала, деланно прижимая к губам тонкие пальчики, слушая, как дородная женщина рассказывает о своих бедах. Пацаненок, стоящий рядом с матерью хмурил темные брови и переводил внимательный взгляд с родительницы на Эндерлосс и обратно. Тяжело выдохнув, он подергал мать за юбку и к склонившейся голове что-то зашептал.