Де’Лавейн расплылась в улыбке и, обратив внимание, что ее спутники отдаляются, извинившись, раскланялась и поспешила следом. Мелот озабоченно оглядывался на возлюбленную и придержал коня, чтобы не потерять Эндерлосс из виду.
Толпа сгущалась, становилась плотнее и нетерпимее. Айлин заметила, что Мелрайз спешился и подхватил свою лошадь под узды. Он ловко лавировал в потоке рассерженных граждан, рассекал ее давая пространство для остальных из отряда, чтобы быстрее приблизиться к воротам.
Айлин задрала голову, сощурившись от бликов, стала разглядывать массивные ставни. Они были огромными в три человеческих роста, завершались на стыке огромной бронзовой головой с короткими наростами на морде неизвестной твари. Сами створки были сотканы из пластин, налегающих друг на друга, имитирующих чешую. Солнце отбрасывало на нее лучи и заставляло неизвестный сплав переливаться, отбрасывая солнечных зайчиков на усталые лица путников.
Лошадь всхрапнула и резко остановилась. Ей перегородил дорогу высокий, широкоплечий стражник. Его нагрудник из пластин, имитирующих чешую, был сделан из того же сплава, что и створки ворот, каждое движение было четко выверенным, плавным и создавалось впечатление, что доспех был второй кожей.
Мелрайз склонил голову в приветствии и что-то тихо сказал на ухо стражнику. Тот внимательно выслушивал, смотрел косым взглядом на остальных из отряда, отмечая для себя мелкие детали. Эндерлосс, спешившись, достала из поясной сумки бумагу, над которой они с Мавериком работали несколько ночей подряд.
Стражник бережно принял в руки документ. Нахмурив кустистые брови, беззвучно шевелил губами, читая написанное. Переглянулся с остальными, показывая им бумагу. Маверик в седле напрягся и сильнее сжал рукоять меча. Эндерлосс скрестила на груди руки, нервно перебирая пальцами по предплечью.
Принесли потертую книгу с засаленными страницами. Начальник смены сделал в ней несколько пометок и, сложив грамоту вдвое, вложил ее между страниц. Темные глаза уставились на Мелрайза. Командир отряда достал заранее заготовленные деньги из внутреннего кармана куртки и передал их стражнику. Тот пересчитал монеты, кивнув, посторонился, пропуская путников в город.
За воротами на широкой улице по обе стороны расположились несколько харчевен, с конюшнями, куда уже спешили прошедшие контроль жители анкмора. Народу здесь было не меньше чем за воротами, и отряду пришлось отойти достаточно далеко, прежде чем Эндерлосс первой заговорила:
– На юге волнения, от набегов банды Лысого Крю. Они разграбили деревни и, те, что выжили, ищут защиты в стенах Латрии. Многие надеются, что правительница Лат Шайо направит свой гнев на искоренение бандитов.
– А ты времени зря не теряла, – хмыкнул Мелот.
– Полезно иногда собирать сплетни, – пожала плечами Эндерлосс.
– Мы в Латрии, и что дальше? – Маверик поковырялся щепкой между зубов, выковыривая остатки вяленого мяса.
– Отправимся в порт, наймем корабль и отчалим на Блуждающие острова, – ответил Мелрайз, ведя коня под узды дальше по улице.
– Я думала, мы займем трактир, – надула губы Эндерлосс, – я так давно не видела горячей ванны, а Анкмор среди аристократии славится своими маслами для купания. Хотелось бы попробовать их, а не слушать только слухи.
– К сожалению…
Мелрайз не успел договорить, его лицо удивленно вытянулось. Командир отряда расплылся в радостной улыбке.
Рассекая толпу, к ним, спешили знакомые люди. Айлин невольно улыбнулась, игнорируя промелькнувший вопрос в голове: “как они здесь оказались?”.
– А мы то все думали, когда дороги сведут нас вместе, – радостно воскликнул Кагол и, раскинув руки, заключил Мелрайза в объятия.
Свен и Молчун поочередно обменялись рукопожатием с Лавейн. Маверик неоднозначно хмыкнул, кивнул друзьям и поудобнее перехватил поводья.
Не успел Мелрайз спросить, как Свен поднял руку, призывая к молчанию:
– Расспросы после хорошей трапезы. Мы как раз заприметили одно неплохое место.
– В одном из дорогих кварталов по старой памяти? – Понимающе ухмыльнулся Лавейн.
– Конечно, все лучшее для наших сиятельных господ.
– Боги услышали мои мольбы о горячей ванне, – промолвила Эндерлосс и, выжидающе, ерзая в седле, уставилась на брата.
Мелрайз покачал головой: