В ушах Айлин звенело. Голос безумствовал в голосе: опьяненный чужими страданиями, молил выпустить силу на свободу, чтобы собрать свою жатву. Реймс прижала ладони к ушам, чтобы хоть немного заглушить безумствующую какофонию.
Оторвавшись, отряд несся по докам не разбирая дороги. За ними следом бежали остатки людей Питца. Скрываться было негде.
Помощь пришла откуда не ждали.
Регал, стоя на трапе, размахивал руками. Проорал, привлекая внимание:
– Быстрее! Крысы, вы сухопутные! Мы отчаливаем сейчас же!
Заминка стоила драгоценного времени. Из тьмы выскочила тень и бросилась на Молчуна. Воин схватил подлетевшего за голову. Сжал ее в своих массивных руках и резко дернул в сторону. Айлин отчетливо услышала хруст ломающихся костей. Обмякшее тело свалилось на пристань. Молчун переступил через труп, дернулся, выгибаясь в спине. Из живота торчало острие меча. Удивленно воззрившись на кровь на ладони, он замер, не в силах сдвинуться с места. Меч провернули в теле и с силой вырвали на свободу.
– Лонди! – Заорал Свен.
– Я так просто не упущу тебя, Эндерлосс Лавейн, – выплюнул слова Питц.
Магическое пламя слизало с его лица ресницы и брови, красные пятна ожога окрасили кожу, и та уже покрылась гнойными волдырями. Он пнул шатающееся на неверных ногах тело Молчуна, и то свалилось за край причала в холодную воду. Море забрало в свои объятия принесенную жертву, и Маверик в последний момент успел перехватить Свена за шкирку, прежде чем тот, обезумев, бросился на врага.
– Ходу! – Рявкнул Мелрайз.
Эндерлосс остановилась, чтобы сплести заклинание, пока остальные взбегали по трапу.
Команда Регала готовила корабль к отплытию. Матросы суетились на палубе в последних приготовлениях. Айлин оказалась на палубе одновременно с Мелрайзом. Обернулась, пересчитывая всех. Сердце пропустило удар, когда она не увидела среди них Эндерлосс.
Де’Лавейн окружили, повалили на землю, заламывая руки. Кто-то ловко закрепил на ее руке уже знакомый браслет, блокирующий магию. Эндерлосс кричала на весь причал:
– Мелот!
Вор дернулся, хотел сбежать по трапу, как ему на плечо упала тяжелая рука Регала:
– Не совершай глупостей, парень. Оставь ее.
Мелот сбросил руку, зло сверкнул глазами и перепрыгнул через борт на пристань.
– Мать всех демонов преисподней, – Мелрайз тяжело оперся руками о борт корабля.
– Мы можем помочь им! – Свен быстро оглянулся на Кагола и получил в ответ пожатие плечами.
– Ей не будет угрожать опасность, – пробормотал Лавейн, – ее доставят сразу ко двору нашего отца.
– А как же Мелот? – Озабоченно спросила Айлин.
– Выкрутится, как и всегда. Думаю, ему не впервой.
Корабль медленно покидал порт Латрии, покачиваясь на волнах холодного зимнего моря.
– Добро пожаловать на Песнь Пустыни, – громогласно заявил на весь корабль Регал, – теперь мы отправимся в увлекательное путешествие, и я попрошу оплату вперед.
Мелрайз смерил его долгим взглядом и запустил руку во внутренний карман куртки, чтобы передать плотно набитый монетами кошель.
Глава 15. Суеверия.
Море пропавших кораблей.
Когда уходишь в спешке, есть большой шанс что-то забыть. Оставить что-то значительное, важное, среди разбросанных по полу вещей. Айлин, зябко кутаясь в куртку, сожалела о шали. Она была связана умелицей из тонкой пряжи овец, пасущихся на горной гряде Ньялы.
Корабль раскачивался на крупных волнах, вгрызался носом в воду, поднимая в воздух холодные брызги. Скользя по мокрым доскам, Айлин добралась до кормы и заледеневшими пальцами вцепилась в борт. Реймс мутило от качки, желудок скручивался тугим узлом, и горечь подкатывала к горлу. Мокрые белоснежные пряди волос, водорослями облепили лицо. Магия Эндерлосс растворилась, не оставив следа. Теперь Айлин выглядела как и должна: бледная, с пустыми глазами, что внушали суеверный страх у матросов.
Корабль скатился на волне. Было страшно отпустить руки от борта, чтобы убрать с глаз волосы. Айлин судорожно дышала, надеясь, что помутнение скоро отступит.
– Девица, – перекрикивал шторм матрос, лихо надвинутой на глаза повязке выцветшего красного цвета, – спустись в трюм! Свалишься еще за борт, а нам вылавливай потом!
Айлин сдержанно кивнула и попыталась сглотнуть горький ком, застрявший в горле. Бросила затравленный взгляд на огромные волны, надвигающиеся на корабль и, разжала пальцы. Расставив руки в стороны, стоя на месте, ловила баланс. Холодная вода окатила тело. Кожа покрылась пупырками, заставляя волоски встать дыбом, в надежде сохранить тепло.