Были слышны крики. Вода заполняла трюм. Корабль медленно шел ко дну.
Айлин повертела головой и хотела перебраться поближе к лестнице, как тварь, набравшись силы, обвилась липким щупальцем вокруг талии и потянула на себя.
Айлин руками мазнула по балке, и новые занозы впились в кожу ладоней. Вцепившись ногтями в склизкую поверхность щупальца, тело Айлин тут же прострелило болью. Тонкие иголочки на отростке впрыснули в тело яд. Щупальце поволокло девушку на дно.
В глазах Айлин потемнело, щупальце сильнее обвило тело, медленно поднимаясь к груди. Выдавливало из девушки последние крохи воздуха. Реймс истерично забилась, без надежды вырваться. Тварь держала крепко. Она тянула на дно, стремясь как можно скорее протащить свою жертву через дыру, где во мраке пучины виднелась разинутая пасть с множеством гнилых зубов.
Айлин, выпуская в воду пузырьки воздуха, дернулась, пока ее сознание не стало затуманиваться. Голос, все это молчавший, стал что-то бормотать. Он что-то зашептал на ухо, и резкая боль, отозвавшаяся жаром на щеке, привела Реймс в чувство. Это было неожиданно, и то, что Айлин всеми силами старалась заключить в темнице своего сознания, воспользовалось лазейкой и вырвалось наружу.
Тьму трюма заполонил синий свет. Он вначале зародился в угасающем дыхании Айлин и постепенно стал разрастаться. Становился ярче, больше, заполняя собой все пространство небольшого трюма.
Черные, бездонные глаза твари, сощуренные в предвкушении скорого ужина, обдало жаром, и она дернулась, чувствуя угрозу. Хватка щупальца ослабла на талии девушки, но уже было поздно. Синие нити, переливаясь в воде, впились в хтоническую сущность, вгрызлись в ее склизкую шкуру, пробуравливая в ней дыры, чтобы добраться до самой сути. Тварь забилась в страхе и стала размахивать отростками, ломая остатки Песни Пустыни. Она всячески пыталась сбросить с себя болезненное прикосновение синего цвета.
Пузыри воздуха щекотали лицо Айлин. Легкие сжались в предсмертной конвульсии, и внутри что-то со звоном разбилось. Сила, вырвавшись на свободу, ударила потоком магии во все стороны, разбивала в щепки преграды, срывала мясо с тела морского демона, обугливала щупальца до антрацитового цвета кости. Пожирала все живое, до чего могла дотянуться, пока сознание Айлин не погрузилось во тьму.
Глава 16. Белоликий демон.
Берег Та’Авэл.
Волны лизали босые ступни. Щекотали пятки, играясь с распростертым на берегу телом. Солнце припекало голову, целовало открытые участки тела до покраснения кожи.
Айлин со стоном пришла в себя. Голова гудела. Во рту было сухо, и Айлин языком облизала растрескавшиеся губы. Перевернувшись на спину, Айлин сгребла руками песок.
Горячий ветер взъерошил волосы, не принося за собой прохлады. Каждая клеточка тела просила пощады, милостиво вопрошала о таком желанном отдыхе, который мог принести только полный покой. Закрыв глаза, Айлин вслушивалась в прибой. Незаметно для себя погрузилась в беспокойный сон, к счастью, без сновидений. Девушка пришла в себя, когда солнце, обагренное кровью, утопало за горизонтом.
Айлин заставила себя сесть. Голова кружилась, и тошнота подкатывала к горлу. Перед глазами все расплывалось, и Айлин не сразу различила на берегу обломки Песни Пустыни. Они бились на волнах о песчаный берег, как разбросанные ребенком игрушки.
Было душно. Сухой воздух царапал пересохшее горло, как будто Айлин вдыхала крупицы песка. Девушка пригладила растрепанные волосы и, шатаясь, поднялась на ноги.
Вечер сгущался, жрал краски, оставляя после себя блеклые очертания берега. Айлин с трудом различала обломки корабля. Взгляд зацепился за тела. Они не были живыми: изломанные, раскуроченные так, что внутренности вывалились наружу, головы и конечности неестественно вывернуты под невообразимым углом. Сомнений не оставалось.
Айлин вцепилась ногтями в кожу ладоней. Девушка не приблизится, не будет их разглядывать в поисках Мелрайза и остальных. Айлин не готова к новой потере. Не сможет. Не справится.
– А их искры были полными, жаркими, как палящее солнце. Ты впитала их, моя маленькая Назифа. Теперь их души всегда будут с тобой.