Айлин распахнула глаза и уставилась на собаку. Она склонила голову набок, вывалив из пасти фиолетовый язык, с которого на землю капала слюна. Псина неуверенно завиляла хвостом и ткнулась в лицо Айлин мокрым носом. Руки сами собой зарылись в густую шерсть, лицо уткнулось в загривок, и Айлин вдыхала запах мускуса и полевых трав.
Раздался свист, и собака вскинула голову. Боднула головой в плечо Айлин и сорвалась с места. Трава качалась, выдавая направление. Реймс поднялась на ноги, мышцы отозвались ноющей болью. Солнце слепило, и проморгавшись, девушка увидела, что плато занято стадом овец. Они щипали траву с ничего не выражающими мордами, медленно перебирались с места на место. Иногда вскидывали головы и жалобно блеяли, когда мимо них проносилась собака.
На плоском камне стоял мужчина. Он был укутан в серый плащ, порванный по краю. Пастух опирался на посох и, прищурив глаза, внимательным, оценивающим взглядом изучал незнакомку. Махнул рукой, подзывая к себе и, медленно опираясь на посох, стал спускаться с камня.
Приблизившись, Айлин с любопытством разглядывала пастуха. Он был старше Мелрайза, с черными, как уголь волосами, непокорно вьющимися и местами спутанными. Тонкие губы на длинном лице и нос с горбинкой. На смуглом, обветренном лице выделялись глаза. Они были желтого цвета с серым ободком.
Пастух с таким же любопытством разглядывал незнакомку. Оба не спешили начать разговор.
К пастуху подбежала собака, бешено колотя себя по бокам хвостом. Бодала головой ноги мужчины, требуя ласки, и тот сдавшись, стал трепать животное за уши. Пастух искоса глядел на Айлин и растянув губы в улыбке, заговорил первым:
– Доброго утра, – голос пастуха оказался низким, внушающим доверие.
Айлин почувствовала першение в горле и просто кивнула. Реймс не приблизилась слишком близко, оставляя место для маневра. На случай угрозы. Это не скрылось от внимательного взора пастуха, и он просто ухмыльнулся.
– Там за камнем, в моей сумке ты найдешь флягу с молоком и краюху хлеба, – пастух махнул себе за спину, – угощайся.
– В нем совсем нет искры… даже самой маленькой… интересно…
Реймс замерла в нерешительности, взвешивая приглашение и решив, что хуже не будет, медленно приблизилась к камню. Достала из потрепанной временем сумки меховой бурдюк. Молоко было прохладным от тени, сладким на вкус и совершенно не утоляло жажду. Только желудок сжался, отозвавшись резью. Закашлявшись, Айлин тыльной стороной ладони вытерла выступившие на глазах слезы. Мужчина довольный улыбался, смотря на то, как девушка с жадностью набрасывается на хлеб.
– Меня зовут Ирио, – прижал руку к сердцу пастух и чуть склонил голову.
– Айлин, – сипло выдавила из себя девушка, сглатывая хлеб, и он тяжелым комом провалился в желудок.
– Выглядишь не очень.
– Мой корабль вчера разбился, – пожала плечами Айлин и отломила мякиш, чтобы скатать его в шарик.
– Кто-то еще выжил? – В желтых глазах Ирио промелькнуло беспокойство, которое тут же исчезло под маской напускного беспокойства.
– Не знаю, – честно ответила Айлин и закинула мякиш в рот. Покатала шарик на языке, наслаждаясь вкусом свежеиспеченного хлеба. – Скажи мне, Ирио, где я нахожусь?
– Та’Авэл, – увидев непонимание во взгляде Айлин, Ирио усмехнувшись, пояснил, – Среди материковых – известно среди материковых как Блуждающие острова.
Внутри все замерло, сжалось в звенящую пружину тревоги, и Айлин медленно прожевав, сглотнула. Еда застряла комом в горле, и, чтобы скрыть напряжение, девушка стала мять в руке корку.
– Корабли сюда почти не заходят, – Ирио по-своему истолковал молчание Айлин, – не знаю, чем мы сможем тебе помочь, чтобы выбраться отсюда.
– Мне не надо отсюда выбираться, – сипло сказала девушка, – я хотела оказаться на Блуждающих островах.
– А-а-а, – Ирио скривился, что озадачило Реймс, – ты одна из тех искателей приключений, что надеются найти здесь несметные сокровища. Наверное, я огорчу…
– Меня не интересуют сокровища, – перебила пастуха Айлин. В желтых глазах Ирио промелькнуло непонимание. – Я… я ищу не сокровища. Скорее странные сооружения. Что-то необычное, что выбивалось бы из общей картины мира.
Ирио запустил руки в густую шерсть собаки, задумчиво перебирал ее между обветренными пальцами. Молчание пастуха было долгим, томительным, и Айлин успела доесть хлеб и теперь стояла в смиренном терпении, ожидая ответа.
– Я думаю, ты сможешь составить мне компанию, – Ирио поднял на девушку свои удивительные желтые глаза и улыбнулся так, что вокруг них пролегли лучики морщинок, – мы прогуляемся до м’Авва и там в более приятной обстановке, сможем поговорить.