– Как скажешь, Лирис, – ухмыльнулся пастух и подтолкнул Айлин в дом.
Внутри была просторная комната, разделенная деревянными ширмами. Недалеко от каменной печи, где готовился обед, стоял большой стол, окруженный широкими лавками. Там сидели мужчины. Первый тот, которого Айлин видела на крыльце, и второй ветхий старик с подслеповатым взглядом. Старик недовольно осматривал незваных гостей и скривил губы при виде Айлин. Что-то подсказывало, что незнакомцев местные не жалуют.
Двое детей, мальчик и девочка, украдкой стащили ломоть хлеба и тут же с визгом выскочили на улицу, чуть не снеся Айлин с ног. Лирис только сокрушенно покачала головой, и, перекинув через плечо замызганное полотенце, подошла к печи. Женщина отодвинула створку и стала ворошить тлеющие угли. В комнате не было прохладно, напротив, так же душно, как и на улице. Айлин шершавым языком облизала растрескавшиеся губы.
– Лирис, налей гостям свой ягодный отвар. Не видишь, они с жажды еле на ногах стоят? – Басовито сказал мужчина.
– Да не стойте вы в дверях как неприкаянные, – тут же вскинулась Лирис и махнула рукой, приглашая сесть за стол, – Ирио, где твои манеры? Не можешь оказать любезность и помочь гостье?
Пастух тихо рассмеялся и, едва коснувшись поясницы Айлин, подтолкнул ее к столу.
Перед Айлин поставили деревянную кружку, доверху наполненную мутноватой жидкостью с плавающими на поверхности сморщенными ягодами. Отвар был прохладным и сполна утолил жажду.
– Немного подождать надо, – нарушила тишину Лирис, – обед почти готов.
– Сядь, – недовольно поморщился ее муж, – терпеть не могу, когда ты мельтешишь.
– Все тебе не так, Абри, – плеснула руками женщина и тут же стала вытирать их о полотенце на плече.
Лирис все равно присела на край лавки, готовая сорваться в любой момент, чтобы хлопотать дальше по дому.
Айлин с любопытством разглядывала хозяев дома. У Абриса были большие руки с короткими пальцами. Между ними он вертел недоделанной фигуркой, как будто о чем-то думал. Абрис поднял на Айлин, такие же, как у Ирио желтые глаза и поджал губы.
Лирис была худощавой, с живым лицом, на котором быстро мелькали эмоции. Женщина смотрела на Айлин с материнской теплотой, когда та приникала к кружке с отваром.
Они были чем-то похожи между собой. Смуглые, чернявые, с обветренными лицами и зоркими желтыми глазами.
– Я, П’Хава, – проскрипел дед, складывая длинные пальцы на столе, – это моя дочь Лирис и мой зять Абри. Внуков не представлю, а то с этими близнецами хлопот больше, чем пользы.
Губы Лирис тронула тень заботливой улыбки, и она тут же подскочила из-за стола, чтобы начать расставлять глубокие глиняные миски.
– Я Айлин Реймс, – представилась Айлин и чуть склонила голову в знак приветствия.
– Что ж, Айлин Реймс, – П’Хава покатал ее имя на языке, медленно смакуя каждый звук и вслушиваясь в непривычное для его слуха звучание, – как ты оказалась на наших землях?
Девушка задумчиво прикусила губу, размышляя, что лучше сказать, а о чем стоит промолчать. Как эти люди отнесутся к тому, что она не из их мира? Что ее родина там где-то меж звезд, такая далекая и такая холодная. Айлин так устала изворачиваться, говорить полуправду и все отслеживать в голове. Но ей нужна помощь этих людей, а значит, остался последний виток лжи, которую она произнесет, а дальше будь что будет.
– Я была на корабле, Песнь Пустыни, мы держали курс на Блуждающие острова, – начала свой рассказ Реймс.
Рассказ был долгим. Мужчины слушали молча, иногда обмениваясь встревоженными взглядами. Лирис все это время хлопотала рядом, расставляла тарелки, а после раскладывала еду. Под конец рассказа у Айлин пересохло во рту, голос стал сиплым. Айлин прервалась и отпила немного отвара, над столом повисла тяжелая тишина.
Абри переглядывался с П’Хава, выразительно двигал бровями. Между мужчинами шел немой диалог, понятный только им. Ирио откинулся на спинку лавки и оценивающе разглядывал гостью.
Лирис разложила фрукты в глубокую миску, подлила отвара в кружки. Женщина вытерла руки о полотенце и перекинула его через плечо. Окинула скудно уставленный едой стол и села на лавку рядом с мужем. Лирис протянула руку и крепко сжала пальцы Айлин.
– Все кончилось, дорогая, – сказала Лирис, – конечно, ты рассказала ужасные вещи. Сейчас море капризное и коварное. Оно взволнованно, так что спящие на ее дне твари злые. От голода они теряют остатки страха и нападают на корабли. Это чудо, что после встречи с Шии’а’Камал ты выжила. Остальным просто не повезло.