– Лани, – вздох получился слишком громким, усталым, – этот разговор идет по кругу. Мы мусолим одно и то же. Надо собрать совет и принять совместное решение.
Оль’хиэлла поднялась на ноги и ласково погладила Ланию по предплечью.
– Совет? – Глупо захлопала ресницами женщина.
– Совместное? – Октар горько улыбнулся, – ты уже все решила, Оль. Теперь тебе надо, чтобы все остальное было разыграно согласно твоему спектаклю.
– Та девчонка, – начала было Оль’хиэлла, но ее перебили.
– Неважно, что ты там себе нафантазировала. Она угроза.
– Все, кто приходит оттуда, – Лания ткнула красивым пальчиком в небо, – несут на своем хвосте одни проблемы, которые нам приходится разгребать. В первый раз Эйве, чуть было не погубившая мир. Потом та девка, из-за которой ушел Алориэн. Теперь вот новая, и одному только Одал известно, что последует за ней.
– Нашему мирному сосуществованию пришел конец, – подвел итог Октар.
Лания пожала плечами и мягко взяла за руку Оль и легонько сжала тонкие пальцы женщины.
– Извини, но в этот раз мы сделаем по своему.
Оль’хиэлла опустила голову в согласии. Старейшина не хотела, чтобы в ее взгляде, полным решимости, ее собеседники увидели тень протеста. Женщина была уверена, что в девчонке нет угрозы, она только в головах людей. В ней надежда. Будущее. Она ключ который позволит им не быть Осколками закованными в бренные людские тела. Благодаря девчонке они снова станут Первородной сущностью и обретут единство, потерянное много лет назад из-за подлого удара аастигха.
Оль докажет свою правоту.
Не важна цена, только цель.
***
Солнечные лучи пробивались сквозь тонкие занавески на окне. На дощатом полу играли солнечные зайчики. В этих отрезках света красиво кружилась пыль в своем неспешном танце жизни.
Оль’хиэлла лежала на лавке, подложив руку под голову. Рассматривала игру света в тенях и не спешила подниматься. Тонкое одеяло было скомкано и сброшено на пол. Старейшина перевела взгляд на кровать, куда после ночной операции переложили пострадавшую девушку. Гейл, примостившись на краю, не шевелясь, охранял покой своей подопечной. Оль раздраженно подумала, что мужчина, наверное, не сомкнул глаз. Помощи лучше от него не ждать.
С кровати послышались стоны. Тоненькая рука взметнулась вверх, и Гейл успел ее перехватить прежде, чем она упала на одеяло. Он сжал пальцы девушки и склонил к ней голову. Тихое, успокаивающее бормотание и слабые, еле слышимые ответы девочки.
Оль’хиэлла закатив глаза, сползла с лавки и шаркающей походкой приблизилась к печке, на которой спала Мелиф. Старейшина покопалась в груде посуды, пока не нашла глиняную чашку. Наполнила ее водой. Всего лишь предлог, чтобы приблизиться и посмотреть на точную копию Алориэна. Оль не могла отказать себе в таком удовольствии.
Девчонка лежала на кровати. Ее лицо было серое, ярко выступали острые скулы, обострился подбородок. Под глазами залегли глубокие тени. Девчонка недоверчивым взглядом смерила поступившую к кровати Оль’хиэллу. Она, как маленький, загнанный в угол зверек оскалилась в ожидании удара.
– Доброе утро, – Гейл уступил место Оль, позволяя старейшине напоить свою подопечную.
– Кто вы? – Голос у девушки оказался хриплый, надломленный. Она зашлась в тяжелом кашле и с благодарностью кивнула Оль, когда кружка оказалась у ее губ.
– Нюй-ши, вам лучше не напрягаться, – Гейл мягко погладил девушку по лбу, чем заработал недовольный взгляд.
– Я бы больше послушала о тебе, – Оль’хиэлла сжала кружку ладонями и погладила большими пальцами глиняные бока.
– Расспросы могут подождать до полного выздоровления нюй-ши, – Гейл бросил недовольный взгляд на женщину.
Оль’хиэлла проигнорировала его, продолжая внимательно смотреть на девчонку. Та поерзала на кровати и бегло окинула взглядом комнату. Их взгляды пересеклись. Оль’хиэлла видела в них недоверие, злобу и… осуждение? Интересно. Женщина разгладила складки на юбке и ласково улыбнулась и решила начать первой:
– Меня зовут Оль’хиэлла.
– Айлин, – секундная заминка, чтобы собраться с мыслями, – Айлин Реймс.
Реймс. Что-то знакомое. Память тут же услужливо подсунула воспоминание о короткостриженой рыжей девушке. Ивона Реймс. Да, такое было ее имя. Ивона – женщина, увезшая с собой Алориэна, для осуществления их с Оль’хиэллой замысла.
– Как я здесь оказалась? Что с челноком? Мы успели подать сигнал бедствия? – вопросы сыпались один за другим.
– Нюй-ши, вам нужен покой, – с нажимом произнес Гейл.