– Капюшон не снимай, – Мелрайз накинул на голову Айлин капюшон, – нам не нужно лишнее внимание. Хорошо?
Реймс кивнула, убирая выбившиеся из косы белые пряди за уши. Девушка украдкой рассматривала улицу. Деревня была небольшой, сложенной из сруба с небольшими двориками, усыпанными снегом, на которых паслись козы, и с вожделением лакомились сеном. Безрыбье не нравилось Айлин. Деревня казалась пустой, вымершей и негостеприимной к путникам. В воздухе чувствовалось напряжение, готовое вспыхнуть от малейшей искры.
Айлин двинулась к крыльцу. Толкнула дверь с несмазанными петлями, и на нее дохнуло жаром очага, смрадом немытых тел и чем-то кислым.
В трактире оказалась просторная зала, забитая шумными людьми. Их голоса сливались в рассерженный гул, от которого закружилась голова. Увиденное напоминало космопорт в разгар прилета дальнобоев. Здесь текла своя размеренная жизнь, которая казалась чуждой после пустынной дороги тракта.
Айлин двинулась к свободным столам почти что в центре залы. Стол был в мелких крошках, лавка липкой и проведя рукой, Айлин сдерживала брезгливость. Радуясь тому, что глубокий капюшон скрывает ее лицо.
У столика, как из ниоткуда появилась молоденькая девушка. Ее можно было назвать хорошенькой, пока она не улыбнулась в приторно-сладкой улыбке, обнажая отсутствие переднего зуба, что явно портило картину. Девчонка сморщила курносый носик, обсыпанный веснушками, когда кто-то отпустил в ее адрес похотливый комментарий. Встрепенулась и снова натянула на лицо приторную улыбку.
– Что будете заказывать? – Она услужливо сложила перед собой руки, готовая внимать каждому слову гостьи.
Айлин открыла было рот, как дверь в заведение хлопнула о стену, и морозный воздух скользнул по ногам. Посетители обернулись, смерили внимательными взглядами вошедших и, потеряв к ним интерес, тут же вернулись к своим разговорам. Голоса, казалось, звучали громче, сливаясь в неразборчивый гул, за которым не было слышно собственных мыслей. Мелрайз увидел Айлин, кивнул и стал протискиваться между плотно стоящих столов, то и дело кого-то толкая.
– А вот и компания, – певуче протянула официантка и стала ждать, когда остальные путники усядутся за столом.
Места было немного, или скорее воины были рослыми, отчего они плотно прижимались друг к другу плечами. На грязь они совершенно не обращали внимания, как будто это меньшее, что должно их беспокоить. Чтобы Айлин не упала с краю, Маверик чуть поджал девушку так, чтобы она оказалась в центре лавки.
– Вечерочка, сударыня, – обворожительно улыбнулся Свен, – чем потчевать изволите?
– Для дорогих гостей у нас сегодня похлебка из капусты с бараньими ребрами в чесноке.
– А из выпивки? – Спросил Молчун.
Мужчина внимательно буравил официантку тяжелым взглядом маленьких близко посаженных глаз. Девушка не смутилась, улыбнулась шире, сверкая дыркой в зубах:
– На любой вкус, эль, вино, морс. Для редких ценителей можем заварить осенний травяной сбор.
– Звучит недурно, – Свен протянул под столом ноги, и Айлин испуганно сжалась в комок, – тащи нам эля, ну и ваших ребрышек.
– Мне лучше чай, – подала голос Реймс, чем заработала неодобрительный взгляд официантки.
Девушка быстро записала на листок заказ и удалилась на кухню. Воины млели от тепла и крутили головами, рассматривая залу трактира.
– Народу тут стало жуть, – протянул Маверик и уперся локтями в стол, чтобы на сложенные руки положить подбородок.
– Рабочие с полей домой тянутся. Сезон кончился, – откликнулся Свен.
– Так, он должен был закончиться с первым снегом.
– А урожай кто до погребов перетащит или они по-твоему должны волшебным образом сами там оказаться?
– А могли бы и волшебным образом, – неопределенно ответил Ринсли и тут же сверкнул глазами на Мелрайза, – Мел, по-твоему не подозрительно?
– Ты пытаешься найти подвох там, где его нет, – пожал плечами сероглазый, – больше народа тут, меньше вероятность нарваться на тракте на проблемы.
– А вот скажите нам, госпожа, как развлекались в карья Нариб холодными вечерами? – попытался перевести внимание Свен.
– Да чего спрашивать-то? – Вступился за девушку Кагол, – трактира нет, места глухие, путники туда без приглашения не захаживают. Сиди у лучины да вышивай свои платья, да госпожа?
Айлин загадочно улыбнулась и расстегнула пуговицы куртки у горловины. Становилось жарко.
Народ в трактире заволновался. Повскакивал с мест и стал двигать столы, освобождая пространство у дальней стены. Кто-то толкнул Айлин в спину, стало еще теснее и чувствовалось чужое дыхание на затылке.