– Кто ты такая? – повторил свой вопрос Аббероу.
Айлин дернула головой, прогоняя от себя чужие слова.
Боль была нестерпимой. Тело горело от чужой силы, которая рвала ее на части. Айлин посмотрела перед собой. Пульсация переливов сине-золотого света еле тлела углями. Она была ничтожно слабой, готовая погаснуть. Айлин выбросила руку, сжала тлеющий уголек и отбросила его в сторону.
Оцепенение спало.
Боль сковавшая легкие, резко отступила. Айлин втянула с шумом сквозь стиснутые зубы воздух. Приятная блаженная дрожь прокатилась по телу. Она опьяняла свободой, оставаясь на кончике языка чем-то сладким, похожим на мед. Айлин облизнула губы.
– Схвати… Сожми… Подчини…
Набатом звучало в голове. Голос мягкий обволакивал, убаюкивая, как капризного ребенка, нес куда-то вниз. Чувство падения длилось недолго. Но этого было достаточно, чтобы взмахнуть рукой и сгрести синие нити. Сжать их в кулак. В руке бились чужие жизни. Вот она власть.
Голос рассмеялся, как опьяненный.
Айлин сжала руку сильнее, и откуда-то издалека донесся стон, от которого губы сами растянулись в хищной улыбке. Сила кружила голову, дыхание перехватывало. В ее руках чужие жизни, и одним движением она может все прекратить.
Кто-то обхватил лицо, притянул к себе. Мгновение Айлин видела переливы оранжевого с красным. Чужой дар обжигал. Было неприятно, но вполне терпимо.
– Ее… я хочу ее… поглоти…
Во рту растекался металлический привкус. Айлин дернулась, чтобы вырваться из чужой хватки, и непроизвольно разжала руку.
Вначале Реймс увидела глаза, серые, как грозовые тучи. Чуть позже из сплетения огня и золота стало проступать лицо Эндерлосс. Ее голос, надтреснутый, доносился как сквозь перьевую подушку.
– Дыши Айлин, – с каждым словом Эндерлосс говорила громче, перетягивая все внимание на себя, – да, вот так. Дыши. Расслабь плечи. Возьми меня за руку.
Холодное прикосновение к ладони. Заботливая рука убрала растрепанные белоснежные пряди за ухо. Действительность медленно возвращалась, и странное видение отступало.
– Назифа! – прокричал кто-то.
– Она чуть не убила нас!
– Ваше сиятельство, вы в порядке?
– Стража!
Маверик в испуге отступил и напоролся на стол, сбрасывая с него оловянные фигурки. Мелрайз успел перехватить руку соратника и не дать ему закончить заклинание. Лавейн склонил голову к лицу друга и что-то зашептал ему. Лицо Ринсли, бледное от испуга, стало проясняться.
В кабинет ворвалась стража, привлеченная шумом. Двери ударились в стены. Из-за спин гвардейцев любопытно тянули головы Свен, Кагол и Молчун.
Правитель Юлмера вытирал белым платком руки и стрелял любопытным взглядом в сторону Реймс. Эндерлосс не отпускала лицо Айлин из своих рук, она что-то успокаивающе шептала, возвращая девушку к реальности.
– Любопытно, – протянул Аббероу и взмахом руки отпустил стражу.
Гвардейцы убрали оружие, но не спешили покидать кабинет и замерли на пороге.
Аббероу плечом оттеснил Эндерлосс в сторону. Схватил Айлин за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза:
– О’Нияр сделали щедрый подарок Юлмеру. Кому дело до упавшей звезды, когда к нему в руки пришла сама посланница Тав.
Айлин дернулась, попытавшись вырваться из хватки, но Аббероу держал крепко, не давая шанса. Реймс сильнее сжала пальцы Эндерлосс.
– Если Низин и Анкмор действительно стягивают свои силы для объявления войны, ты будешь прекрасным козырем в моем рукаве, – большой палец мазнул по губам Айлин. – Ежи! Приготовьте комнату. Стража, девчонку запереть, до моих дальнейших распоряжений.
– Но Ваше Высочество, – подал голос Лошадиное лицо, – а как же происшествие в карья Нариб?
– Оставьте, – махнул рукой правитель Юлмера, – никому нет дела до маленькой деревушки на границе. Начинаем готовиться к вторжению со стороны Ньялы.
Рука в латной перчатке легла на плечо Айлин, сжала, оставляя синяки на коже и потянула за собой. Девушка дернулась, взбрыкнула. Айлин не хотела становиться пленницей. Не хотела быть козырем в чужой войне из-за сил, которыми ее наделили О’Нияр.
– Маленькая глупая Назифа, вот ты и угодила в клетку…
Звон разбитого стекла. Осколки россыпью посыпались по кабинету.
– Мелот! – Взвизгнула Эндерлосс.
Айлин воспользовалась моментом и выскользнула из захвата стражника.
Мужчина в черном костюме через кувырок приземлился на столе. Посуда полетела на пол разбиваясь.