– Кошмары? – Раздался голос Гейла.
Айлин вздрогнула и стала до рези в глазах всматриваться в кромешную тьму, пока не разглядела очертания. Гейл стоял у изножья кровати, чуть ссутулившись, как обыкновенно делал, пытаясь компенсировать свой высокий рост. Айлин в волнении сжала край одеяла и подалась вперед, пытаясь рассмотреть в тени лицо киборга. В ответ она услышала усмешку.
– Я все еще сплю? – она не сразу узнала свой голос, сиплый, глухой, как после длительного молчания.
Тень качнула головой и присела на край кровати.
Айлин до боли в глазах всматривалась в лицо, чьи очертания смазывались, оставаясь темным пятном. Девушке хотелось прикоснуться, утонуть в объятиях Гейла и почувствовать желанное чувство безопасности.
– Спи, – почти на грани шепота, – я посторожу твой сон.
– Возьми меня за руку.
– Я буду рядом.
– Всегда?
– Как ты этого захочешь.
– Не оставляй меня. Мне так одиноко.
– Понимаю. Но тебе надо двигаться дальше.
– Что это были за видения?
– Спи, маленькая Назифа, – Гейл мягко сжал пальцы Айлин, – и ответы придут к тебе сами.
Веки налились свинцом, и где-то на грани полусознания она услышала пение О’Нияр. Только слов не могла разобрать. Ритм качал как на волнах, принося безмятежное спокойствие, разливающееся в груди.
Айлин сильнее сжала руку Гейла, цепляясь за него, как за якорь в этом безумном сне. Она чувствовала его улыбку, то, как он ласково убирал белые пряди с лица девушки.
Теплое прикосновение ко лбу принесло за собой приятное забытье. Остаток ночи Айлин провела без сновидений, а наутро не было и следа присутствия Гейла. Только приятное чувство спокойствия разливалось в груди. Реймс надеялась, что это не последняя их, хоть и странная, встреча.
Глава 10. Перевал Заблудших душ.
Деревня Подгорная.
Три недели пешего пути выматывали. Ноги, непривычные к таким нагрузкам, гудели и молили об отдыхе, и Айлин только сильнее сжимала челюсть.
Мелрайз отказался покупать лошадей, аргументируя, что им не хватит до Латрии, столицы Анкмора, денег на кров и еду. Эндерлосс на все слова брата недовольно фыркала.
– Скряга, – как-то обмолвилась Эндер после нескольких часов пути, – у солдат в наше время приличное жалованье. Он просто зажимает деньги.
Айлин пожала плечами и подтянула вещмешок, купленный в деревне в окрестностях Золотого леса. Тяжесть лямок давила на плечи, и мышцы при каждом шаге отзывались тупой, ноющей болью.
Мундиры и все опознавательные знаки, указывающие на принадлежность к разведывательному корпусу армии Аббероу, были закопаны в лесу. В деревне Мелрайз потратил пару золотых на новые куртки, теплые шерстяные плащи и еду.
Хоть погони не было слышно, в отряде царила тревожная атмосфера. Все ждали неминуемой угрозы. Что вот из-за поворота выскочат всадники и направят мечи на беглецов. Но, проходило время, и тракт оставался безмятежно пустынным. Только редкие птицы оглашали окрестности криками, перелетая с ветки на ветку.
Мелот закусив в зубах соломинку, шел, закинув руки за голову, и щурился на морозное солнце. Он то и дело бросал на Эндер взгляд, и когда те пересекались, вор лукаво подмигивал. Де’Лавен отзывалась хихиканьем.
Мелрайз с Мавериком шли первыми, иногда споря, и если не прислушиваться, то слов было не разобрать. Разговор, подслушанный в таверне, больше не поднимался, и Айлин призналась себе, что от этого ей немного легче. У Айлин не было сил на то, чтобы доказывать кому-то обратное. Пусть подозрения остаются с ними, давящим грузом на совесть.
Когда солнце окрасило снег в красные оттенки и готово было уступить свою власть подступающей ночи, путники добрались к подножию горной гряды. В небольшой долине раскинулись дома, и Эндерлосс сказала, что деревня носит название Подгорная.
Обычное место, без особых достопримечательностей, где из прекрасного только вид. Он поражал своими масштабами. Ньяла, величественная и огромная, нависала, уходя далеко ввысь, вершинами, разрезающими грузные облака. Они туманом скрывали верхушки, облаченные в снежные шапки, и казалось небо ближе. Руку протяни и сможешь коснуться до серебристой дымки.
У Айлин закружилась голова. Девушка зажмурила глаза, чтобы справиться с подступающей тошнотой.