Калитка открыта – заходи кто хочет. Но уверен, что не в дом. Потому и нахожу Наташу у бассейна. Молча под ее крики беру за руку и тащу за калитку. У мотоцикла она вырывается, кажется ее даже немного трясет от ярости. Но мне плевать, потому лишь выдыхаю.
- Ты офигел?! Зачем ты меня позоришь перед друзьями?
- Это что ли твои друзья? - киваю на калитку, доставая пачку сигарет. Вообще скоро игры и надо бросать.
- Эти, ты других видишь? – огрызается.
- Вижу, что ни один за тобой не притащился и не переживает, что какой-то бычара тебя утащил. Какие это друзья?
- У тебя прям показательно образцовые!
- Че ты орешь, как курица? Поехали домой, - устало выдыхаю, касаясь губами фильтра и щелкаю зажигалкой, зажав шлем под подмышкой. Наташа на мгновение застывает, следя за каждым моим движением. Приподнимаю бровь, выпустив дым и она отмирает.
- Слушай, ты мне не брат, не парень и тем более не отец. Мне есть восемнадцать. Что хочу то и делаю. Маме позвоню, и, вообще, сама разберусь!
Она разворачивается и возвращается на свое пати. Ну. Я пытался. В конце конов Ната права. Да и черт с ней. Иду к калитке и открываю ее, разглядываю веселящихся. Вижу того, кто мне нужен и набираю быстро номер. Парень у бассейна, наш пацан с района берет трубку и одновременно замечает меня.
- Русь, ты че? У калитки мне звонишь? – удивляется.
- Кость, присмотри за Натой. Чтоб до дома дошла.
- Не вопрос, бро – поднимает руку. Я поднимаю в ответ и закрываю дверь. Теперь можно спокойно отправляться домой.
- Привет, -здоровается со мной слабый голос в стороне.
Перевожу взгляд на девушку, прислоненную к забору. Сначала даже не узнаю. А потом узнаю, но не могу понять, что она делает здесь и почему говорит со мной. И почему в таком виде? Светлые волосы растрёпаны, тушь слегка размазана, бледная как смерть. Она в одной блестящей тряпке, которая едва прикрывает что-либо, которая неплохо подчеркивает ее покрытые гусиной кожей ноги и тонкую талию.
- Привет, - протягиваю, оглядывая ее, – клевые ботики.
Она смотрит на свои ботинки на пять размеров больше, затем поднимает синие глаза на меня. Что-то не так с ее взглядом, он странный какой-то. Неживой.
- Они не мои, - зачем-то поясняет, еще сильнее оседая и прислоняясь к забору, будто ноги сами прокатываются чуть вперед.
- Хм… а так и не скажешь, - протягиваю, продолжая стоять чисто из любопытства. В этот момент дверь калитки открывается, ударяясь о забор. Эффектно, ну.
- Вика! Эй, ты, чмо, отойди от нее!
Удивленно оборачиваюсь. У калитки стоит Кирилл, нахмурив брови. Девушка впивается ногтями в мою руку и заглядывает в глаза.
- Помоги мне… отвези меня…
- Да? И куда? - интересуюсь, чувствуя, как парень у калитки прожигает меня взглядом полным ненависти.
- Ты меня слышь…Э! Глухой, тебе говорю! – Кирилл все еще на два шага от нас. Странно. Это же вроде его девчонка. А стоит чуть поодаль, будто боясь, что укушу. Оглядывается явно в поиске поддержки. Кир всегда был трусоват. Но сейчас…Серьезно?
- Не подходи! - ее голос будто на надрыве, - клянусь, Кирилл… ты меня знаешь… просто отвали-и…
- Что? Что, собираешься поехать с ним? С ним?! Да?
Кирилл все же подходит и толкает меня. Послушно делаю шаг назад. Он в своем уме? Он вообще видит в каком она состоянии? Однако девушка мертвой хваткой вцепляется в мою руку. Даже интересно. Мне только не хватает любовных разборок. Где, кстати, я по итогу никого даже не ебал.
- С кем угодно, - отзывается Вика, второй рукой касается лба, закрыв пол-лица. Видать штормит.
- Рудик, ты можешь свалить отсюда? Не до тебя…- как-то досадно произносит Кирилл, наклоняясь над девушкой, - ты совсем замерзла, пошли в дом, поговорим…
- Нет! – пальцы сильнее сжимают руку, бля никак она ее оторвать хочет. – Я тебе сказала: «сва-ли!» – это тоже Перьякову. И затем совершенно неожиданно снимает ботинок и очень метко попадает им прямо в голову своего парня, тот, явно этого не ожидая, с корточек падает на задницу, отчего невольно хмыкаю. Бля, когда бы еще увидел это представление? Спасибо, тетя Тома.