Но солнечного света было явно недостаточно, чтобы восполнить утраченные мной силы. Все ж таки, живому телу необходимы и иные блага, кроме энергии, которой способна была поделиться мать-природа. Уже под сенью деревьев я почувствовала недомогание. Сразу, переживая о том, чтобы выбраться из замка, нервничая и трясясь от каждого резкого звука, я совершенно забыла о том, что не ела уже больше суток, да и избиения добавили свою лепту. Ступив на мягкий ковер из мха и прошлогодних листьев, едва успела ухватиться за низкорастущие ветви ближайшего дерева, но это не помогло. Земля ушла из-под ног, голова закружилась и я упала, не удержавшись на ослабевших ногах. Последней мыслью, что пронеслась у меня, перед тем, как сознание затопила темнота, было сожаление о том, что свобода была близка.
***
Пришла в себя от холода. Зубы стучали, все тело заледенело. Сверху на меня ниспадали потоки воды. Оказывается, пока я лежала без сознания у самой кромки леса, начался ливень. Крупные капли барабанили по плечам и спине, плащ, что я так удачно позаимствовала у кого-то из замковых служек, промок насквозь и уже не спасал меня ни от дождя, ни от промозглого холода.
С трудом приподнявшись на локтях, откинула с лица, прилипшие к нему волосы, и прикрыла глаза, чтобы переждать головокружение. Сквозь закрытые веки, смогла различить вспышку молнии, следом за которой последовал раскат грома. Первая гроза в этом году. И так некстати.
Мне нужно было убираться отсюда. Быстрее. Пока в замке не опомнились и не выслали за мной погоню. Даже удивительно, что они не обнаружили меня в этот раз. Судя по тому, что сейчас было уже темно, пролежала я здесь долго, ведь когда выбиралась из замка, солнце было в зените. А теперь уже ночь или поздний вечер.
Я снова смежила веки и прислушалась. Шелестел дождь, крупные капли падали мне на лицо. Они словно смывали с меня всю ту грязь, что появилась в результате последних событий, очищали меня, как омывают новорожденное дитя, дарили мне надежду и веру в то, что еще не все потеряно, что у меня есть надежда на лучшую долю.
С трудом поднялась на ноги, цепляясь озябшими пальцами за мокрые ветви растущих неподалеку кустарников. Огромным усилием воли мне удалось не упасть снова.
Со стороны дороги раздался конский топот и скрип телеги. Я замерла, прислушиваясь, уже почти была готова к тому, чтобы снова упасть на мокрую землю, пережидая пока неизвестные мне всадники, проедут мимо. В такой темноте, да среди деревьев меня будет практически невозможно различить и неизвестные путешественники просто проедут мимо. Но затем меня посетила иная мысль. Лежать на холодной земле, когда сверху тебя поливает дождь – не самое приятное времяпрепровождение. Сколько я еще продержусь без еды? Да и брести по лесу ночью в моем состоянии плохая идея. Решение пришло быстро. Да, я рисковала, что меня опознают. Да, я могла нарваться на кого-нибудь из тех, кто рыщет по округе в поисках одной непутевой ведьмы, но оставаться ночью в лесу, без еды, да еще и во время дождя, когда от холода уже сводит все члены, тоже было плохой идеей. Цепляясь полами платья и плаща за ветви кустарников, я принялась пробираться к дороге.
Дальше все происходило словно во сне. Темноту ночи то и дело освещали яркие вспышки молнии, раскаты грома оглушали, дождь барабанил по спине и плечам, заливал глаза. Я с трудом переставляла ноги, опасаясь поскользнуться на мокрой земле или же споткнуться о корни деревьев.
Очередная вспышка и лошадь, запряженная в телегу, взбрыкнула. Раздался резкий свист кнута, невнятное мычание, женский вскрик.
Я все же поскользнулась и, не удержавшись на ногах, упала на колени, лишь чудом не попав под копыта нервно трясущей головой лошади.
Очередная вспышка молнии осветила возницу.
Здоровенный мужик замахнулся кнутом.
Я вжала голову в плечи, ожидая неминуемого удара.
И снова темень такая, что хоть глаз выколи, потоки воды хлещут из разверзшихся небес, словно желают смыть всех, кто так неосторожно попал под эту непогоду.
- Пожалуйста, - успела вскрикнуть я и отшатнуться в сторону, подальше от жалящей плети. Намокшие юбки мешали, я запуталась в подоле и снова завалилась на землю, молясь лишь о том, чтобы не попасть под колеса телеги.
- Стой! – раздался резкий женский крик, и фигура, закутанная в плащ, что до сих пор недвижно сидела на телеге, пришла в движение. – Згруваш, охолони!
Я облегчённо выдохнула и попыталась подняться, цепляясь окоченевшими пальцами за борт телеги, но тут же поняла, что еще не все.